Оставшиеся ребята, были не менее метки, но все, же не так как Молчун и Горазд, сын Умельца. И когда во втором туре Молчун и Горазд опять победили, Святозар обратился к правителю:
– Отец, не стоит продолжать состязания и выяснять кто лучше. Оба они достойны, войти в мою дружину.
Правитель посмотрел на сына и поднял руку, призывая к себе Молчуна и Горазда, ребята торопливо спешились с лошадей, подошли к правителю. Отец наклонился к сыну и чуть слышно произнес:
– Объявляй, свою волю наследник.
Святозар поднялся, и, волнуясь самую малость, громко объявил:
– Оба вы, Молчун и Горазд, прекрасные воины. Оба достойны, назваться моими близкими другами. Ныне вас так и называю да беру в свою дружину, – юноши опустились на одно колено, склонив перед наследником головы. – Помните, что вас я избрал не только как сильных, смелых и храбрых, но и как преданных воинов. Поднимитесь, и встаньте позади меня.
Молчун и Горазд неспешно поднялись и приблизились к возвышению, и тогда Святозар, нарушая установленные традиции, каждого крепко обнял, а когда вновь опустился на свое место услышал негодующее ворчание Храбра:
– Вечно ты наследник, что-то новое выкинешь, разве правитель тебе велел такое делать?
Святозар повернул голову, воззрился на недовольное лицо наставника, и, широко улыбнувшись, молвил:
– Жалко Храбр, что твой сынок, еще мал, и не может войти в мою дружину, потому как правильно сказал правитель: « Каков отец, таков и сын». Я бы назначил твоего сына старшим, и он так же ревностно охранял меня и оберегал наши традиции. И знаешь, добрый мой наставник, все время также бурчал, как ты и вечно был мною недоволен.
– Ишь ты, какой разумный. – Более благодушно засмеялся Храбр, да изрек, – уж поверь мне, сынок мой бурчать на тебя не стал, он бы еще, чего похлещи выкинул.
– Храбр, – негромко, заметил Ярил, и несогласно покачал головой. – Не наговаривай на Ратишу чего лишнего, он славный у тебя мальчуган. И я понимаю, порыв своего сына, мне тоже все время хотелось, что– либо такое сделать, но под строгим взглядом своего отца я всегда становился смирным. Но я, наверно, не могу быть таким строгим отцом со Святозаром, потому как он мне слишком дорого достался.
– Отец… – с замиранием сердца, откликнулся наследник, и улыбка сбежала с его губ. – Я право не хотел тебя расстроить своим поступком.
– Нет, мальчик мой, ты меня не расстроил, – глянув прямо в голубые глаза Святозара, спокойно ответил правитель. – Но все, же я согласен с наставником, мы должны соблюдать свои традиции и следовать им, потому что наши традиции это оплот и опора нашей светлой Восурии.
Святозар выслушав правителя даже как– то поник, чувствуя, что вновь поступил не верно, и расстроил отца, да раздосадовано сжав уста, едва слышно скрипнул зубами.
– Наследник, – совсем тихо добавил Храбр. – Коли ты не хочешь, чтобы я вновь бурчать стал, подыми свою голову, придай своему лицу радостное выражение и продолжи выбирать свою дружину.
И тогда Святозар поднял голову, и, не желая больше огорчать отца, улыбнулся да принялся смотреть второе состязание.
Вторым и последним на сегодняшний день было состязание по метанию копья. Сыновья Дубыни в этом состязании не участвовали, поэтому Святозар смотрел на метавших копье юношей спокойно, получая удовольствие от их силы и умения. Парни брали копья длиной в два аршина и метали их. Лучшие броски, попадающие в мишень, одобрительно приветствовались старшими дружинниками. Из двадцати ребят вскоре осталось пять лучших.
Правитель сказал наследнику:
– Святозар, отбери из них, трех дружинников.
Но это оказалось весьма сложно, так как пятеро юношей были одинаково успешны и сильны. Храбр наклонился к Святозару и так, чтобы было слышно и правителю, предложил:
– Наследник, вели им отойти от мишеней подальше, и посмотри, кто из них справится с заданием.
Святозар повернул голову, благодарно кивнул головой наставнику, да подозвав к себе ребят, молвил:
– Все вы одинаково метки и сильны. Отойдите от шеста на пять шагов дальше. И начните метать копья. Только троих из вас я возьму в свою дружину.
