Джэу упала на брусчатку, споткнувшись о выпирающий камень, когда в очередной раз оглянулась. Ладони и локти засаднило, но она тут же вскочила и побежала дальше. Но сколько бы она не петляла по улочкам Икхо, все равно ей чудились торопливые шаги позади. Тревога рвалась изнутри, колола в боку и срывалась с губ сиплым дыханием.
Еще в гомпа она решила, куда направится в надежде укрыться, хотя бы временно – в тассам, где остановились торговцы из Лао. Там ее не должны искать. Нужно лишь переждать всю суматоху, а когда наступит самый темный лунный день – украдкой вернуться в монастырь и забрать из тайника на скале все свои накопления.
Но когда, наконец, показался тассам, Джэу осознала, что вместо кисло-сладкого аромата, что обычно окружал лаосцев, вокруг пахло гарью. Вверх над крышей гостевого дома вздымался столб черного дыма, отовсюду раздавались яростные крики, споры, жалобные всхлипывания и мольбы…
Джэу притаилась за углом ближайшего дома. Со своего места ей хорошо было видно, как гарпен Норбу, которому она недавно передала четки настоятеля Бермиага, стоял перед горящим зданием и следил, как один из его воинов вытаскивает изнутри упирающегося толстого лаосца. Кажется, того звали Ким. А другой подручный гарпена тут же надел на его руку браслет с цепью. Ко второму концу цепи приковали Мэйлинь – молодую красавицу-жену Ю Ханга. Свободной рукой она вцепилась в рукав Норбу:
– Пожалуйста! Мы не в чем не виноваты!
– Разберемся, – ответил гарпен, стряхивая ее руку с таким отвращением на лице, будто та была скользкой змеей-куфией. – Отвести их в каменный мешок.
– Да, гарпен.
– Это какая-то ошибка! – воскликнул Ким. – Вы не смеете…
Полыхающая крыша тассама с грохотом обвалилась с одного бока.
– Ю!!! – отчаянно воскликнула Мэйлинь и дернулась в сторону горящего дома. Но ей не позволили – потянули за цепь, уводя прочь.
Скованные лаосцы скрылись в клубах чадящего дыма. А Джэу, не раздумывая более, бросилась в тассам. Она отняла жизнь Намгана, но если спасет Ю, то возможно, тэнгри, если они вдруг все же существуют, примут это равновесие и смилостивятся над ее судьбой, и все станет как прежде.
Доски трещали, жаром обдавало кожу, глаза слезились от дыма, он же разъедал и горло, мешая дышать.
– Ю! – позвала она и закашлялась. – Ю Ханга?!
В ответ лишь сильнее загудели охваченные огнем доски. Джэу упрямо шла в глубь дома. Сквозь дымную завесу она наконец разглядела возле сломанной лестницы неподвижное тело и бросилась к нему. Ю лежал, раскинув руки, будто упал с высоты. Его висок и щека были запачканы кровью.
– Ю? – Джэу потрясла его за плечо.
Он слабо застонал. Стон тут же перешел в сиплый кашель.
Джэу схватила его под мышки и, пятясь спиной, пыхтя и кашляя, потащила к выходу. Этот невысокий, но крепко сложенный мужчина, казалось, весил больше дикого яка.
– Да вставай же ты! – в сердцах воскликнула она, выбившись из сил.
– Я помогу, – раздалось вдруг сзади.
Джэу вздрогнула, а когда рядом мелькнула шафрановая ткань монашеской кашаи, и вовсе выпустила ношу из рук. Часть одежды невысокий монах намотал на лицо, так что остались видны только щелки глаз, да и те было не разглядеть из-за дыма.
Он перехватил Ю, оттолкнув Джэу, и хрипло скомандовал:
– Бери за ноги.
Она замешкалась, лихорадочно обдумывая вариант бросить все и сбежать – подальше от огня и монаха. Но что-то внутри не позволило так поступить. Помянув про себя злых духов бон и разных демонов, Джэу подхватила Ю под колени.
Выход уже был так близко, когда в дверях мелькнули тени, а в следующий миг в помещение вбежали люди. Но вопреки ожиданиям они схватили не ее, а Ю, помогли выбраться на улицу. Без промедления они потащили его в подворотню соседнего дома. Джэу бежала с ними, уже не понимая, что происходит. Казалось, смешалось все: лаосцы, монахи, воины гарпена, агрессивная толпа жителей Икхо…
– Ю! – встревоженный оклик чуть привел Джэу в чувство.
Мэйлинь, гремя цепью, упала на колени рядом с супругом и принялась похлопывать его по щекам и трясти. Кто-то подал черпак с водой, кто-то запричитал на лаоском. Джэу оглянулась, но монаха, что помог вынести Ю из горящего дома, рядом больше не было.
– Выведи нас отсюда, Джэу-сань, – попросил Ким, хватая ее за локоть. – Ты ведь знаешь город и окрестности. И ты лучше других понимаешь, что нет нашей вины в бедах тхибатцев. Что бы там ни говорили… – Он осекся.
– А что говорили? – сипло переспросила она. – Я не понимаю. Как начался пожар? Почему вы в цепях? И… – Джэу замялась. – Я слышала слова гарпена, про каменный мешок. Что вы натворили?
