– Самим бы понять, – коротко бросил Ким и отвернулся: – Толпа ворвалась в тассам, пронеслась с яростными криками по помещениям. Люди кричали что-то про Бездушных, я не все разобрал. Когда нас вывели и надели кандалы, все вокруг уже заволокло дымом. Началась паника, и нам удалось отбиться от остальных. А воины не стали преследовать.
– Конечно, не стали, – понимающе хмыкнула Джэу. – Потом сами вернулись бы – никто из местных не пустит в дом преступников в цепях, да еще и лаосцев.
– Но мы ничего плохого не совершили! – всхлипнула Сюин, еще одна девушка из Лао, которой повезло сбежать из-под стражи. – Что же теперь будет? Пожалуйста, Джэу-сань, помоги.
– Через границу нас ведь не пропустят теперь, – донесся с земли слабый голос. Ю Ханга наконец-то пришел в себя. – Но я слышал, есть и другой путь. Кхе-кхе. Через перевал, что на юге… Эм-м… В сторону Красной Гаруды, по-вашему. Говорят…
Он сильно закашлялся, не в силах продолжать.
– Ох, Ю, – засуетилась рядом с ним Мэйлинь.
Джэу и так поняла, что он хотел сказать. Безопасного способа преодолеть «врата голодного демона» не было, однако, она давно уже обдумывала эту мысль. В тайне от Хиён, конечно же, хоть та и сама поведала ей про ход, скрытый в горах, даже водила посмотреть на те врата, в которых плескалась живая мерзкая тьма. Плата за вход была слишком высока. Однако, теперь… Джэу покосилась на лаосцев, обдумывая решение.
– Джэу-сань, я заплачу тебе, – привел весомый аргумент Ю, поднимаясь с земли. – Щедро заплачу. Пусть мой товар сгорел, но и дома у меня осталось немало.
Она снова хмыкнула, кивнула, наконец решившись, и твердо произнесла:
– Я знаю, где переход. Доведу. В обмен ты заплатишь, возьмешь меня с собой и поможешь устроиться в Лао. Это мое условие, Ю.
– Я принимаю твое условие. – Ю протянул ладонь и Джэу негромко по ней хлопнула, скрепляя сделку.
Он поморщился, будто боль пронзила его висок. Наверняка так и было. Все же выглядел Ю белым, как обглоданная стервятниками кость, а на его побледневшей коже бурыми полосами подсыхали кровавые разводы. Однако взгляд его не утратил решительности.
– Идем, – тихо сказала Джэу и выбрала направление.
Они миновали несколько домов, когда Джэу резко повернулась:
– Цепями бренчите громче, чем Нанг Лха котелками! Так мы далеко не убежим.
– И как же нам их снять? – Ким вытянул руку.
Мэйлинь резко подалась вперед, утягиваемая звеньями. Стройная и невысокая, она определенно проигрывала в силе толстяку Киму, отрастившему не только длинные тонкие усы, но и внушительный живот.
– Ким, полегче! – Ю предостерегающие положил ему руку на плечо и бросил на Мэйлинь полный сожаления взгляд.
Джэу осмотрела потрепанных лаосцев. Помимо Кима и Мэйлинь скованными оказались Вэй с Фангом и Сюин с Чжиганом. Кажется, так их представил за ужином Ю. Тогда Сюин пела красивые лаоские песни, а ее муж Чжиган подпевал, но получалось у него, откровенно говоря, плохо. Про Вэя и Фанга Джэу не могла сказать ничего – эти торговцы лишь кивнули ей, быстро опустошили миски с пряным рисом и поднялись в комнаты.
Отринув воспоминания, она велела лаосцам подождать в тени двухэтажного каменного дома, из-за стены которого доносилось блеяние перепуганных коз. Сама же она украдкой проникла внутрь, миновала первый – скотный – этаж и поднялась в жилую часть, не особенно переживая, что наткнется на хозяев. В это время дня все обычно были заняты работами.
Наскоро похватав одежду из сундуков и заодно парочку тонких одеял, Джэу вернулась к беглецам. Кое-как они обмотали цепи тряпьем, чтобы те не звенели при каждом шаге, и поспешили прочь.
Она вела их обходными безлюдными улочками, но все равно то и дело вынуждена была юлить и менять направление. Иногда приходилось отсиживаться в кустах или в козьих загонах. Старики, по обыкновению своему сидевшие на невысоких каменных приступках и раскручивавшие на палочках молитвенные барабаны, провожали их удивленными взглядами, но крика не поднимали. А стоило вдалеке мелькнуть оранжевым цветам монашеских одеяний, как у Джэу внутри все переворачивалось, и она снова выбирала другой путь.
