Под ее тихое мелодичное пение остальные постепенно погружались в сон, а Ким и вовсе уже громко похрапывал. Ю задремал, положив голову жене на колени, и Мэйлинь перебирала его волосы, беззвучно вторя словам, что пела Сюин.
Джэу накинула на Лобсанга отрез ячьей шкуры, что нашла на заборе во дворе – видимо, забойщики оставили на просушку. Сама же ушла в кухню и устроилась подле печи, подоткнув под спину ворох циновок. У печи пока было довольно жарко, но она знала, что ближе к рассвету холод спустится с гор и выстудит дом, и лишь остаточное тепло камней будет согревать ее.
Так и вышло. Она проснулась от чьего-то прикосновения. Приоткрыв один глаз, увидела в свете зари шафрановую кашаю устраивающегося по соседству с ней Лобсанга. Лхамо тоже обнаружилась рядом. А вот подмерзшие лаосцы возились и перешептывались в комнате. Но все равно провести лунный день под крышей было гораздо лучше, чем их прошлый привал под горой.
Джэу улыбнулась, осознав, что может еще подремать, и никто не придет и не отлупит ее за это палкой. Но сон уже не шел, а потому она осторожно встала и, тихо ступая, выбралась из дома, намереваясь умыться в спокойствии и без маски. Но выйдя во двор поняла, что ее опередили.
У колодца плескал на себя воду Цэрин, будто совсем не ощущая холода. Струи стекали по его голой спине, блестя в розовых лучах рассвета. Джэу не отказала себе в любопытстве взглянуть и на его крепкие ягодицы и жилистые ноги.
Действительно, кожа на его спине была смуглой, как и полагается, но абсолютно чистой. Даже у Лобсанга имелся рисунок дракона, пока еще набитый в тонких линиях, не залитый полностью краской, но все же был!
– Что ты тут разглядываешь? – ткнула ее в бок Лхамо. Джэу даже не заметила, как та вышла на крыльцо. – Иди лучше помолись.
С этими словами Лхамо сунула ей в руку молитвенный барабан и буквально затолкала с крыльца обратно в дом. А там уже все проснулись.
Началась обычная утренняя суета. Сюин принялась собирать все полезное в дорогу, Лобсанг сел в центре комнаты, поджав колени, и запел утреннюю молитву, приветствуя новый солнечный день. Лхамо негромко вторила ему со стула у окна. А со двора доносились звонкие удары – это Чжиган пытался разбить цепи Ким и Мэйлинь. Но звенья не поддавались – то ли толще были, то ли сплав другой. Ю крутился возле них, раздавая советы. Джэу отметила, что отдых пошел Ю на пользу и состояние его улучшилось. А вот про Фанга такого сказать было нельзя. Он так и не пришел в себя, метался в бреду, бормотал на лаоском что-то бессвязное или резко замолкал, словно злые духи бон завладели его сознанием. Вэй снова напоил его отваром трав, но не мог сделать большего для друга.
– Нужно быстрее добраться до источников, – сказал он наконец. – Лобсанг, пора. Собирай всех.
