– И в чем же причина, монах? – требовательно попросил Ю, буравя взглядом Рэннё. – Мы измучены, скованы. Мы, в конце концов, простые торговцы, а не опытные путешественники или закаленые воины. Для нас этот путь сложен. И блуждание по неверным тропам… – Он развернулся к Джэу. – Уверена, что неверным?
– Нам нужно вон туда, спуститься в ущелье. – Она махнула за спины путников.
– Можно пройти и этим путем, – невозмутимо парировал Рэннё. – Через горы ненамного длиннее, но безопаснее.
– Ненамного?! Да мы три дня будем карабкаться по скалам, словно дикие козы, пока переберемся на ту сторону да снова спустимся к реке Ярланг.
Все путники наконец дошли до места остановки. Они окружили Рэннё и Джэу и начали возбужденно переговариваться.
– Три дня – это долго! – произнес Чжиган, с беспокойством глядя на осунувшуюся Сюин, чьи некогда блестящие черные волосы теперь покрывала дорожная пыль.
– А что за опасность может поджидать в ущелье? – Мэйлинь сжала руку мужа. – Тигры? Ракшасы?
– Нет, ракшасы и звери обходят его стороной. – Рэннё качнул головой, и на его лице промелькнуло непонятное выражение. – То коварное место, гиблое. Мы в Икхо зовем его Долина смерти.
– Никогда не слышал этого названия. – Лобсанг выступил вперед. – А я постоянно изучал свитки в библиотеке.
– Свитки, которые выдал тебе учитель. – Рэннё снисходительно взглянул на него. – Ты еще слишком молод, брат, и не дошел до нужной ступени посвящения.
– Так в чем же опасность? Чем мы рискуем, если сбережем время и пойдем по ущелью? – уточнила Джэу. – В прошлый раз, когда я… э-э-э… проходила там, со мной не случилось ничего плохого.
Рэннё долго смотрел на нее и молчал, затем оглядел членов группы и наконец изрек:
– Путь через Долину смерти подобен бездонному колодцу: можно черпать, но не вычерпаешь до дна. Людям сложно постичь его, ведь они ждут ответов, а путь тот полон бесконечных возможностей.
– О, ну теперь все стало понятно! – Джэу закатила глаза. – Благодарю, уважаемый кушог, что объяснил.
Затем она обратилась к Ю:
– Что скажешь? Ты обратился ко мне в поисках проводника через горы в… в то место, которое мы обсуждали. Тебе и решать.
– Что тут решать-то?! – влез Ким, тяжело дыша. – Три дня по скалам – это издевательство.
– Да, путь не прост… – начал было Рэннё, но Ким не дал договорить.
– Мало нам Фанга? Как, по-твоему, мы пройдем таким путем скованные цепями? Я на себе Мэйлинь тащить не собираюсь.
– Тебе бы пузо свое дотащить, – тихо буркнула Лхамо, стоящая между Джэу и Цэрином.
– Ким, сколько можно… – принялся упрекать его Ю, загораживая собой Мэйлинь.
Между лаосцами завязался спор. Рэннё пытался влезть со своими советами, но Ким слишком распалился. Да и Лобсанг переметнулся на сторону Кима, принявшись описывать трудности скалистой тропы.
Джэу понимала, что Лобсанг всеми силами старается отвернуть брата от пути в Пхаяти. Ведь выбранное Рэннё направление было удобнее всего как раз для этой цели, а не для путников. Пока они спорили, а Джэу решала, стоит ли ей высказать свое мнение, рядом зазвучал совсем другой разговор. Она прислушалась к Лхамо:
– Цэрин, но вдруг то, что сказал мальчишка – правда? А ты ведь из пещер близ Икхо вышел. Говоришь ты иначе. Порой ведешь себя странно. Многих обычаев наших не знаешь, хоть и тхибатец.
– Все дело в памяти, что скрыта от меня.
– Так и я про то, Цэрин. Ты даже ругаешься неправильно! Кйакпа, да? Да так еще дед мой ругался. – Она скептически хмыкнула. – Может ты не помнишь ничего оттого, что все проспал? Где-то под каменной плитой… в основании монастыря.
Джэу украдкой кинула взгляд на Цэрина, не сдержав удивление.
Отвлекшись, Джэу упустила момент, когда лаосцы приняли решение сократить путь через ущелье, которое Рэннё упорно называл Долиной смерти. Путники вернулись назад к небольшой развилке, свернув в другую сторону, и постепенно тропа пошла под уклон. Скалы же, наоборот, с каждым шагом поднимались все выше и выше, а угрюмо-грозовой цвет каменной породы – на несколько тонов темнее, чем прежде – навевал уныние. Наконец спуск прекратился, и перед путниками предстало узкое пространство, которое тянулось вперед так далеко, что серые скалы на горизонте сливались с тенями, падавшими от стен по бокам.
Рэннё снова обошел всех, возглавив строй, и обратился к нервничающим людям:
– Первым пойду, чтобы путь проверить. – Он говорил спокойно. На лице не было следов обиды или уязвленной гордости, хотя его совет не так давно отвергли. – Важно смотреть под ноги и ни в коем случае не сходить с тропы. Прислушайтесь!
– Почему не сходить? – подбоченясь, поинтересовался Ким. – Змеи? Или по религиозным соображениям – чтоб не оскорбить каких-то ваших местных духов?
– Поверь, ты не захочешь испытать на себе действие каменных зеркал.
Рэннё отвернулся и зашагал по дну ущелья, а в спину ему прилетел вопрос от Лобсанга:
