У биологов есть свое определение для тянущегося и вместительного «пищеварительного оборудования» – оно, говорят они, «податливо и уступчиво». «Эй, старина, – как будто подыгрывает оно своему хозяину. – Не прочь проглотить горного козла? Нет проблем. Примем как миленького». «Податливый» желудок – физиологически обустроенная кладовая, место для хранения пищи, способной оставаться дни и недели внутри своего владельца, пока не появится очередная добыча. Это такой желудок, в котором то пусто, то густо.
В одном из номеров
В первом же абзаце д-р Хаддад отмечает, что Ашáтх означает «со всклокоченными волосами». Для королевского придворного врача – маловероятное имя. Однако, полистав ученый труд, начинаешь яснее видеть, в чем там было дело. «Когда пища достигла желудка… стенки его натянулись. Я видел это своими глазами, глядя на живого льва, которого иссек в присутствии принца Гхаданфара…
Я продолжил, заливая воду в львиную глотку, кувшин за кувшином, которым мы вели счет, пока желудок не наполнился, вместив [более 20 литров]… Тогда я вскрыл желудок надрезом и дал содержимому вылиться, и желудок сжался, а я смог увидеть пилорус. Бог мне свидетель».
Подкованного в сельскохозяйственной тематике читателя вряд ли впечатлит вместимость львиного желудка. То ли дело коровий рубец – наибольший из четырех отделов желудка у жвачных: по объему – 30– галлонный мусорный бак[121]. Но почему? Ведь, казалось бы, все потребности жвачных животных в этом смысле – нагни голову пониже, жуй себе травку? Когда еда устилает землю от копыта до горизонта, голод не грозит. Так зачем нужно такое объемное поступление пищи? Причина в том, что питание жвачных относительно бедно нутриентами. Не объем коровьих рубцов наводит на мысли о мусорных баках, но само пищевое содержимое. Первым местом, куда я пришла в поисках материала для этой книги, был Калифорнийский университет в Дэвисе, где профессор-животновод Эд Депетерс с коллегами тестировали органические отходы продуктов на предмет того, не могут ли они служить приличным кормом для крупного рогатого скота. Одной из коров сделали фистулу, и Депетерс принялся проверять питательные качества миндальной кожуры, ненужных гранатовых зерен и кожуры, мякоти отжатых лимонов, помидорных семян и шелухи от семян хлопка. В каком-то смысле Депетерс – современный Бомонт, отправляющий в коровий рубец сетки экспериментальной еды, а затем с равными интервалами за веревочку вытягивающий их обратно, чтобы поглядеть на остатки. В тот день, когда я туда прибыла, ученые как раз тестировали косточки чернослива, доставленные из близлежащего города Юба-Сити – «Черносливовой столицы мира»[122].
Благодаря огромному скоплению различных бактерий в своих рубцах, коровы способны добывать энергию из того, что по пищеварительному тракту человека проскочило бы непереваренным. У косточки чернослива твердая оболочка с нулевой питательной ценностью, однако ядрышко внутри содержит белки и жиры. Так вот, микроорганизмы из коровьего рубца могут расщепить твердую оболочку и высвободить нутриенты – хотя это и потребует нескольких дней работы. Депетерс показал мне одну из сеток. «Иногда, – улыбается он, – я кладу сюда ответы из экзамена, проводимого в середине семестра. Коровы не могут переварить бумажную пульпу, и я говорю студентам: видите, ни одной корове не справиться с этим материалом лучше вас».
«Мы стали работать с хлопком, который получаем с фабрики в Петалуме, производящей полотенца. Все хлопковые пух и волокна, не годные для производства ткани, можно попробовать в качестве корма. Коровы смогли все переваривать – и получить свою порцию энергии. Правда, медленнее обычного». Все происходило как с сеном и травой, только на корм парнокопытным уходила масса кухонных полотенец – коровы должны были получать дневную порцию пищевых продуктов в соответствии с их диетой и рационом. Так стоит ли удивляться тому, что рубец у них – огромного размера?
Жвачные животные пасутся на открытой местности, где хорошо видны хищникам и представляют собой отличную добычу. «Вот потому они и запасаются пищей впрок, а затем уходят в укромное место, где могут спокойно пожевать свою жвачку и все переварить». Рубец – своего рода встроенный переносной контейнер.
