В политике Павлов, судя по всему, придерживался старомодных либеральных взглядов. Но по странной иронии судьбы именно его исследования и основанные на них теории породили огромную армию фанатиков, сердцем и душой, рефлексами и нервной системой преданных уничтожению старомодного либерализма всюду, где его только можно найти»[136].
Хаксли совершенно напрасно полагал, что павловское учение целиком сводится к теории рефлексов и обусловливания. Оно, в сущности, объясняет лишь биологический уровень развития и функционирования человека. Еще в 1920-е гг., на которые пришелся пик всемирной популярности русского физиолога, Хаксли объявил, что открытия Павлова приведут к оглуплению и порабощению человечества.
«Уотсон», фамилия одного из героев, как и «Павлов», возникает в романе не случайно. Хаксли полагал, что цель Джона Уотсона, родоначальника бихевиоризма, как и цель Павлова, состояла в том, чтобы, поняв поведенческие механизмы, научиться ими управлять, чтобы «обусловливать» и «предсказывать» поведение. Эти слова стали знаковыми после выхода в свет манифеста Уотсона «Психология как ее видит бихевиорист» (
В 1957 г. Хаксли пишет хвалебный отзыв о крайне тенденциозной книге Уильяма Сарджента «Борьба за сознание. Механизмы идеологической обработки, промывания мозгов и контроля над мыслями» (
Теперь, когда диктаторы вооружены систематическими знаниями о способах возбуждения мозговых функций с целью изменения и переформирования рефлексов, я реально не вижу, что может спасти несчастное человечество (
Сарджент, среди прочего, был интересен Хаксли тем, что лично занимался вопросами внушения и предупреждал о том, что предоставляемые суггестией возможности открывают дорогу манипулированию умами со стороны государства.
Необихевиорист Б. Ф. Скиннер назвал «Дивный новый мир» «бихевиористской утопией». Думается, Скиннер прежде всего отсылает нас ко второй главе романа, где Олдос Хаксли почти буквально воспроизводит знаменитый реальный уотсоновский эксперимент с младенцами и кроликами, во время которого младенцам предъявляли кроликов, что сопровождалось грохотом и воем. Иногда применялись и слабые разряды тока. Эксперимент, как и задумано, формировал у младенцев негативный аффективный комплекс. Действие второй главы романа происходит в Зале Неопавловского Формирования Рефлексов. Ученые и няни проводят тренинг с цветами и книгами, модифицируя интуитивное поведение младенцев, положительно подкрепляя желательные реакции и отрицательно – нежелательные.
В младенческом мозгу книги и цветы уже опорочены, связаны с грохотом, электрошоком, а после двухсот повторений того же или сходного урока связь эта станет нерасторжимой. Что человек соединил природа разделить бессильна (ДНМ, 321).
В Мировом Государстве экономисты пришли к выводу о маркетинговой бесполезности цветов и книг, в отличие от спорта и публичных мероприятий, использующих дорогую технику. Таковы способы, с помощью которых Новый мир стал виртуозно «обусловленным» государством.