Путеводитель по «Дивному новому миру» и вокруг полностью

«Из мрака» содержит важную для нас информацию о том, как некоторые генетики рассматривали перспективы евгенических методов. Прежде всего, Мёллер развенчал псевдонаучную аргументацию приверженцев отрицательной евгеники, объясняя, что «тотальная стерилизация умственно отсталых ни в коем случае не предотвратит появление такой наследственности в следующем поколении»[258]. И даже при условии стерилизации всех умственно отсталых в последующих 20 поколениях, утверждал ученый, мы не добьемся искомого результата, ибо носителями рецессивных генов, ответственных за такую патологию, являются миллионы совершенно нормальных людей. Мёллер неоднократно выступал против рекомендаций, направленных на ограничение воспроизводства «неполноценных» людей, дисгенических социальных или национальных групп. Но, как показала дальнейшая история евгеники, данный аргумент не встретил единодушной поддержки в евгенических кругах.

В отличие от негативной евгеники, программа Мёллера «позитивна»: он предлагал обеспечить расширенное воспроизводство «лучших» вместо того, чтобы ограничивать размножение «худших». Он был абсолютно убежден в том, что метод селекции – единственный действенный метод усовершенствования биологического процесса. Позиция Мёллера в дальнейшем подверглась критике: проблема генетики состояла и по-прежнему состоит в невозможности точно указать, какой именно ген или комбинация генов отвечает за «гениальность». Следовательно, невозможно и определить, кто мог бы стать наилучшими «производителями». Вместе с тем, в книге Мёллера «Из мрака» провозглашен весьма умеренный взгляд на евгенику:

Это и есть обоснование «положительной», селективной евгеники. Мёллер считал, что все усилия надо направить на создание банка спермы с тем, чтобы зародышевая плазма «сознательных» женщин (ученый был увлечен советской риторикой) соединилась с семенем мужчин столь же выдающихся, как Дарвин и Ленин. (Мёллер был достаточно прозорлив, чтобы предположить, что могут найтись заинтересованные в создании Аль Капоне, а вовсе не Ньютонов.)

Надо заметить, что и до Мёллера идея селекции имела широкое хождение в советских евгенических кругах. Даже И. П. Павлов, не имевший непосредственного отношения к Русскому евгеническому обществу, надеялся в 1920-е гг., что его опыты по исследованию высшей нервной деятельности помогут евгенистам наделить сверхчеловека, полученного в результате селекции, наиболее совершенной стрессоустойчивой нервной системой.

Предложения по «контролю над наследственным материалом» с целью создать сверхлюдей Мёллер изложил в письме к Сталину, которое он направил ему в 1936 г. вместе с экземпляром «Из мрака» (в книге эти методы названы «третьей стадией эволюции»). Одержимый левыми идеями Мёллер призывал ученых, «организованных при социализме», взять на себя роль творцов и «завоевать с большевистским энтузиазмом» неприступную крепость, в которой находится ключ к «собственному внутреннему существу» человека[260]. Письмо осталось без ответа. Очевидно, идеи Мёллера не только пришлись не ко времени, но и направили огонь высочайшего гнева на евгенистов и генетиков. В те же годы Мёллер активно критиковал неоламаркистские и, как он полагал, по существу нацистские бредни Лысенко на сессиях ВАСХНИЛ. После окончательной победы «лысенковщины» Мёллер прислал в президиум Академии наук СССР письмо на русском языке, в котором отказывался от членства в Академии, запятнавшей себя «предательством науки ради политических целей».

Что касается оценки «новой биологии» СССР, то брат Олдоса, Джулиан Хаксли, в тот момент уже генеральный директор ЮНЕСКО, посетив Страну Советов второй раз после войны, написал книгу «Наследственность. Восток и Запад: Лысенко и мировая наука» (Heredity. East and West: Lysenko and World Science, 1949), в которой постарался объяснить поразивший его феномен мракобесия в советской биологии. Мёллер помогал ему собирать факты и трактовать ситуацию, сложившуюся тогда в генетике.