Виктор замолчал. Я понимал, что он мог бы ответить и на этот вопрос, но ведь он и так сказал много, а ему предстояло работать в Отделе еще долго, — и он решил не забираться в дебри отношений. Но неожиданно завершением этой трудной и острой дискуссии стало последнее выступление — кого бы вы думали? — Вареника, философа и любителя парадоксов. Он уже все обобщил и выдал вполне готовый вывод:
— В основе лежит то, что никто не желает понять разницу между человеком и идеей, которую он провозглашает. Если бы здесь это понял руководитель, в общем-то человек хороший и так далее и тому подобное (снова не поймешь у Вареника, то ли реверанс в сторону «шефа», то ли ирония), то к человеку отнеслись бы прекрасно, он остался бы в данном коллективе и так далее… Отождествление идей и человека в одном лице — вот где ошибка, вот что создало драматическую ситуацию. Нужно различать такие вещи. И не только поддерживать, допустим, хорошую идею, но и по-человечески относиться к человеку!
Это эффектное, хотя и несколько общее выступление завершило обсуждение.
Все расходились, смущенно улыбаясь в молчании, как будто острота спора заставила их по-новому взглянуть на события, происходившие в Отделе несколько месяцев назад. Какая-то истина вырвалась наружу, какая-то правда из неясных сомнений облеклась в слова и вызвала эту растерянность и неловкость.
Теперь, когда вся информация о случившемся была высказана, попытаюсь рассмотреть более внимательно и последовательно конфликт с сотрудником Икс.
Я не решаюсь утверждать, что мои выводы бесспорны и абсолютно истинны. Тем более в случае, где участвуют семнадцать человек, семнадцать характеров, переплетенных между собою сложнейшими отношениями руководства и подчинения, соперничества и товарищества, симпатий и антипатий. Поэтому мои последующие размышления — это лишь попытка гипотезы, предположения о подлинном смысле и мотивах поведения людей в истории изгнания Икса из Отдела.
Начнем теперь с финала той истории — с голосования.
Сейчас, когда мы несколько ближе познакомились по нашему коллективному интервью с «ядром», их взглядами и ценностями, их поведением «на людях», попытаемся понять, что заставило каждого индивидуально голосовать «за» или «против» сотрудника Икс.
Результаты голосования: три — за изгнание, один — против, один — воздержался.
Итак, их было пятеро, решавших судьбу Икса.
Кто же голосовал за изгнание?
Первым идет, конечно, Яша; вспомним на обсуждении третьего теста его слова: «Если я иду на работу и там сидит неприятная мне морда, скверный человек…» — как-то уж очень грубо говорит Яша. Он математик, — значит, научные интересы его и Икса не пересекались. Что же могло вызвать такое ожесточение? Обычная антипатия, неприязнь? Что ж, такое бывает — невзлюбишь человека сразу, с первого взгляда, и уже ничего сделать с собой не можешь… Вполне допустимый мотив для отрицательного голосования… Но не слишком ли малый?
Затем — Клавдия Львовна (ее на обсуждении тестов не было, непонятно, по какой причине — то ли заболела, то ли намеренно отказалась участвовать). Какой мог быть индивидуальный мотив ее выбора? Не антипатия же снова? Обида личная (как мы знаем, Икс был несдержан и говорил что думает) или творческая — ведь Клавдия Львовна шла на докторскую, и часть экспериментов, которые планировались в Отделе, работали на нее. Не эти ли эксперименты назвал отжившими Икс? Тогда мотив более или менее ясен — дальнейшее пребывание Икса в коллективе представляло опасность для докторской, слухи о вторичности экспериментов могли просочиться из Отдела, да и вообще этот Икс с его настойчивостью мог добиться их прекращения. Тут есть над чем подумать, когда поднимаешь руку «за» или «против».
