Непонятно, относилось ли слово «пузырь» к ней или к ее средству передвижения, но какая разница? Пузырь – это было круто в любом случае. Ребята обступили его кольцом. Они вытягивали шеи и напирали на стекло, как стадо баранов. Не будь у Кине пузыря, она бы решила, что пришел ее последний час.
Ребята толкались и галдели, перебивая друг друга. Кине встала, лицо ее выражало снисходительность.
Стоп, стоп, стоп! Чуть-чуть потише, окей?
Наступила гробовая тишина. В этой тишине был слышен даже хруст льда, когда Виви наступила в замерзшую лужу.
– Отлично, – небрежно продолжила Кине, разглядывая ногти. – Давайте по одному. Кто хочет задать вопрос, поднимайте руку.
Вверх взметнулись полсотни рук. Крики возобновились, будто в школьном дворе поселилась колония чаек. Здесь даже мама заткнула бы уши. Кине медлила. Ждала, когда до ребят дойдут ее слова и они замолчат. Кого спросить в первую очередь? Виви и Аврора стояли позади всех. Обе тянули руки, но Кине не решилась дать им слово. Что-то было в их лицах сродни папиному недоумению. От их взглядов на душе у Кине стало неспокойно.
– Лассе! – сказала она, указывая на одноклассника.
С какой стати она выбрала Лассе? Он же из банды! Амбал и мегапопулярный парень в классе, потому что его родители держат киоск в кинотеатре. Если честно, Лассе уже перестал быть прежним головорезом. Он давным-давно не распихивает людей локтями. Особенно он подобрел, когда покрылся прыщами, но все равно оставался в стане врага.
Он опустил руку и задал вопрос, который волновал всех:
– А у тебя там есть вайфай?
– Еще бы, – ответила Кине. На самом деле все обстояло несколько сложнее. Она заказала телефон и планшет с безлимитным интернетом и массой приложений. Ей пришлось повозиться, но путем проб и ошибок она наладила связь не хуже, чем с вайфаем.
Виви умоляюще смотрела на нее из-под одуванчиковой шевелюры. Она переминалась с ноги на ногу, как будто хотела писать. Что ж, Виви не подлая, она не будет задавать вопросов с подвохом. Кине больше не могла игнорировать подруг и решила хотя бы одной из них дать слово.
– Виви!
– Как ты дышишь? Я читала, что человек не может обходиться без свежего воздуха, иначе наступает кислородное голодание и клетки мозга умирают…
Аврора зажала ей рот рукой.
– У меня здесь всегда свежий воздух и оптимальная температура, – ответила Кине.
Потом она указала на Викторию. Вид у той был еще более дурацкий, чем всегда, потому что Виктория явно перестаралась с тушью для бровей.
– А у тебя вообще там фен есть? И зеркало? – спросила она. Ее поддержала Кимберли, и неудивительно: волосы у Кимеберли были до пояса, и она любила украсить их блестками.
Мальчишки со стоном закатили глаза.
– Really?[2] – переспросил Томми на своем дебильном английском. – Зеркало? А у вас в голове что-нибудь, кроме зеркала, есть?
Кине опустила на глаза очки и театрально простерла руки к публике.
– Никаких фотографий, заранее благодарю. И попрошу всех сделать шаг назад, – повелительно произнесла она.
Ребята, не зная, что взбредет ей в голову, опасливо отступили на шаг. Все, кроме Ярле. Кине не обращала на него внимания. Сквозь стиснутые зубы она прошептала, так, чтобы никто не услышал:
– Мне нужно потрясное зеркальце.
Волшебный снег взметнулся из-под подушек. По толпе пробежал шепот. Ребята отступили еще на шаг, пока снег швыряло о стекло. Когда он улегся, оказалось, что у Кине в руках зеркало, круглое, в серебряной раме. Невероятно пошлое, вполне во вкусе Виктории.
– Все мои желания исполняются, – пояснила Кине бесстрастно.
Одноклассники и подошедшие четвероклассники с пятиклассниками восторженно ахнули. Руки тянулись все выше. Единственный, кто не тянул руку, был, естественно, Ярле. Он стоял в своем синем худи и держался независимо, потому что знал, что синий – королевский цвет. Руки он засунул в карманы и время от времени встряхивал головой, чтобы отбросить с глаз каштановый чуб. Внутренний голос подсказывал Кине: если он захочет, то задаст вопрос безо всякой руки.
Когда вновь установилась тишина, раздался голос Ярле:
– Ну, и откуда он у тебя?
Вопрос был по делу, но прозвучал с некоторым вызовом. Ярле что-то знает? Или берет ее на пушку? Он встретил ее взгляд. И удерживал, не позволяя ей отвести глаза в сторону. Кине почувствовала, как жар приливает к щекам. Ведь она нашла пузырь, когда выцарапывала его имя на могильной плите, желая ему смерти.