Еще не поздно. Если поднатужиться, можно выбраться из пузыря. Может, позвать на помощь маму и папу? Допустим, она выберется из пузыря, тогда ей придется… отвечать за все, что она натворила? Кине посмотрела на Типси. Кошка сидела за стеклом и смотрела на нее.
Мороз пробежал по коже. Кине взяла скелет Типси номер один. Череп с острыми зубками лежал у нее на ладони. Она предпочла мертвую кошку живой. Неужели сегодня она ласкала Типси номер два в последний раз?
Ну а что было делать? Кине выбрала наименьшее зло. Мир за стеклом – жестокий, опасный и насквозь прогнивший. Шансов выжить без пузыря у нее нет. А внутри него есть все, что нужно для жизни. Абсолютно все.
Кине прижала к груди кошачий скелет, кости тихонько побрякивали, когда она себе в утешение перечисляла шепотом все, что может получить благодаря пузырю хоть сейчас.
Она парила над городом в ноябрьском свинцовом небе. Внизу кипела жизнь. Кине и сама смогла бы создать подобную картинку в «Симс», разве что цвета в Мёлльбю были не такие яркие. Ну и определенно не хватало колеса обозрения.
Кине казалось, что последний раз она была в школе много недель назад. Но благодаря выходным она пропустила всего-то два учебных дня. Два дня – все равно что ничего. За два дня одноклассники не успеют забыть, как она осрамилась в бассейне. Особенно банда. Наверняка они обсудили ее позор во всех подробностях. От этой мысли Кине стало дурно. Пришлось напомнить себе, что пузырь в корне изменил ее жизнь. Теперь она сама решает, идти ей в школу или не идти. Она может размазать банду по стенке, если будут выступать, правда, сейчас эта мысль не казалась такой уж соблазнительной. Не стоит привлекать к себе лишнего внимания. Лучше держаться подальше от людей, не давать себя фотографировать, ни с кем не вступать в разговоры. За исключением Авроры и Виви. Если, конечно, они захотят с ней разговаривать. Может, с ней и разговаривать-то никто не захочет.
Пф! Да пускай не разговаривают. Больно нужно.
Непонятно, правда, почему она убила все утро, заказывая себе обновки. Но ведь нужны же человеку чистые вещи? А если так, почему бы не выбрать стильную одежду? Например, коричневую кожаную куртку на белом меху и шикарные очки-пилоты, популярные в эпоху черно-белого кино. Ансамбль дополнял кожаный шлем со шнуровкой под подбородком. В таком виде Кине походила на летчика из хроники Второй мировой войны. Предусмотрительный выбор, учитывая, что, возможно, она единственная, кто уцелеет после Третьей мировой.
Кине потребовала себе кое-что еще, необходимое в повседневной жизни: к примеру, надувной резиновый бассейн, на случай, если захочется искупаться. Сейчас он лежал свернутый в рулон около рундука, за спиной у мумии. В принципе можно было заказать ванну. Только тогда бы понадобилась еще и мотопила, чтобы, помывшись, распилить ее на мелкие части и выбросить в черную дыру. Слишком много возни ради одного раза. И вообще, часто ли она собирается купаться? Кто будет ее нюхать, она же в пузыре?
Пузырь пошел на снижение, Кине обнаружила это, когда у нее перед глазами оказались уличные провода. Она невольно пригнулась. Счастье, что пузырь мгновенно улавливает ее пожелания. Надо собраться. Включить внимание. Как-никак она пилот, управляет летательным аппаратом, который, скорее всего, уже нарушил кучу правил движения в воздушном пространстве.
Кине увидала школьный автобус. Он только что свернул с улицы Квелегата и взбирался на горку Брустейнсбаккен.
Почему-то ее тянуло к автобусу как магнитом. Это не поддавалось объяснению, но автобус влек ее не меньше, чем шоколадно-кокосовые шарики, которыми она сегодня позавтракала. Да, конечно, она дала себе слово держаться от людей подальше, и тем не менее…
Кине оперлась на куклу. Взяла книгу и притворилась, будто сидит себе и почитывает. Но пузырю велела поравняться с автобусом и лететь с ним бок о бок. Краем глаза она с удовлетворением наблюдала, какая суматоха поднялась среди ребят. Весь ее класс прилип к окнам. Кто-то показывал на нее пальцем. Двое мальчишек вскарабкались на спинки сидений, чтобы лучше видеть. А Виви и Аврора! У них глаза повылезали из орбит, у Виви даже челюсть отвисла: вставь ей яблоко в рот, она и не заметит.
Кине повернулась к ребятам и сдвинула на лоб пилотские очки. Потом помахала одноклассникам, будто только сейчас их заметила, и продолжила читать. Она пролетела немного вперед и поравнялась с водительским окном. Увидев ее, Гервин вздрогнул. Автобус завилял, чесночная коса запрыгала на лобовом стекле. Однако с управлением Гервин справился и вернул автобус на свою полосу, правда, скорость сбавил.
А Кине обогнала автобус и взлетела на горку. Когда автобус наконец зарулил на школьный двор, Кине уже висела над крыльцом школы со скучающим видом.
Гервин открыл непослушную дверь, как всегда с третьей или четвертой попытки, и ребята, толкаясь, бросились наружу. И впереди, конечно, Ярле. Он подбежал к крыльцу, за ним остальные.
– Смотрите! Пузырь! – кричал он, показывая на Кине, будто первооткрыватель.