Кине увидела маму и папу. Они разговаривали с женщиной в полицейской форме, рядом стояли Аврора и Виви. Еще люди. Все надеялись получить объяснения произошедшего. Но узнать правду им не было суждено, ее знала только Кине.
Она долго сжимала в объятиях маму и папу, а потом еще целую вечность их не отпускала. Аврору и Виви тоже. В царившем хаосе объятия казались средством первой помощи.
Кине была жива. В самом что ни на есть прямом смысле этого слова. Все ее чувства обострились. Ее осаждали запахи и звуки. Она прочно стояла на собственных ногах, а они прочно стояли на земле, неотделимой от земной коры, которая тяготела к земному ядру. Что могло быть надежнее?
Пузыря больше не было. Крошечные осколки стекла поблескивали на заиндевелой брусчатке. Вот и все, что от него осталось.
Ребята начали разъезжаться по домам. Их увозили перевозбужденные родители, которые весь свой гнев обрушили на Оппсета.
Он сидел понурый на комле ели, в элегантном сером пальто и ботинках в тон. И держал свечу, которая от жара уныло повесила голову. Кине в жизни не доводилось видеть более печального учителя. Она подошла к нему, путаясь, как маленький ребенок, в слишком большом папином пуховике. Оппсет даже головы не поднял. Он уставился на поникшую свечу. Кине села рядом с ним и положила руку ему на спину.
– Знаешь, что я тебе скажу… – начала она, но оборвала себя на полуслове, боясь брякнуть что-нибудь неподходящее. – Я слышала, что провал генеральной репетиции предвещает успех премьеры.
Одна из лампочек на елке лопнула, будто от смеха. Оппсет даже не улыбнулся. Он год готовил это представление, а теперь все пропало.
– Должно было получиться так хорошо, – выговорил он наконец. – Так красиво. Песни. Костюмы. И все пошло прахом.
Кине не знала, что возразить, ведь он был прав. Она огляделась. От елки остался черный скелет, одежда для бедных была безнадежно испорчена, пряничный городок разрушен, а ненавистные ангельские костюмы валялись на мерзлой земле, мокрые и грязные.
– Мама, смотри! – раздался у нее за спиной детский голос. Кине обернулась и увидела знакомого мальчика в велосипедном шлеме. Он показывал на Кине. – Смотри, та самая девочка-зомби из НЛО!
– Что ты говоришь, – сказала мама, уводя его подальше от дымящейся ели. Кине помахала ему. Пусть знает, что она ему не приснилась, что она настоящая и видит его, хоть он и считает, что она чудище и зомби. Мальчик широко улыбнулся ей в ответ.
Девочка-зомби…
В голове у нее будто что-то щелкнуло. Точно мозги включились и заработали. Она встала, озирая пожарище. Все, что было разрушено. Все, что пришло в негодность. Ее осенило. Ей пришла в голову идея, гениальная и бесценная. Лучшая из всех на свете идей. Идея на миллион.
Картинка в голове сложилась. Она схватила Оппсета за плечи и тряханула изо всех сил, от волнения она даже начала запинаться:
– Слушай, все будет! Представление состоится! Оно будет такое чумовое, что ты даже вообразить себе не можешь!
Оппсет отбросил белобрысый чуб со лба.
– Что будет? Как будет? У нас ничего нет, ни костюмов, ни елки. Вообще ничего!
Кине взмахнула руками, чересчур длинные рукава папиной куртки взметнулись в воздух.
– Как ничего? Да ты посмотри вокруг! У нас есть все, что нужно. Представление будет убойное!
Оппсет отбросил поникшую свечу.
– Убойное? К понедельнику?
Кине с жаром закивала:
– У нас же целые выходные, уложимся. Я… Мне пора… Я побежала!
Она и правда уже хотела убежать, но спохватилась.
– Оппсет, можешь договориться с полицией? Попроси их поставить елку обратно. Скажи, что так нужно. Обещаешь?
Оппсет открыл рот, чтобы возразить, но Кине его опередила:
– Знаю, что она обожженная и страшная, но именно это нам и нужно. Договоришься?
Оппсет неуверенно кивнул.
– Я… свяжусь с ними, – пообещал он.
Кине обняла его.
– У нас получится обалденное представление! – заверила она его.
– Обалденное? Но вы же вообще его не хотели! Ни один из вас.
Кине улыбнулась.
– Не хотели! Но сейчас я кое-что придумала. Когда они узнают, сразу захотят, – сказала Кине и бросилась бежать. Пока Кине бежала к Авроре и Виви, она молилась про себя, чтобы ее расчет оказался верным. Кине собиралась попросить их о помощи, она загорелась идеей, но… Но они так давно друг с другом не разговаривали. Кине даже не знала, как они воспримут ее план.
Для начала она решила собрать разбросанную по площади одежду и перепачканные ангельские костюмы. Нужно их спасти, пока все это не отправили на свалку.
– Э-э-э… тебе помочь? – спросила Аврора, и глаза у нее смеялись, будто Кине занималась чем-то несуразным. Видимо, со стороны так оно и выглядело.
– Мусорщики все уберут, – сказала Виви. – Тебе необязательно это делать, Кине.
Кине выпрямилась, в руках у нее была охапка одежды, мокрой, холодной, обгорелой.
– В том-то и дело! Они все соберут и вывезут на свалку, если мы их не опередим.
Виви подобрала обугленный каркас – того, что когда-то было одним из ее крыльев.
– Это тоже хочешь сохранить? Ты в своем уме?
Кине прикусила губу.