Ланта запаниковала. Воздуха стало не хватать, шею словно кто-то медленно сжимал. Минталента представила огромные руки Мардегора, который навалился на нее всем телом.
Девушку бросило в пот. Она попыталась подняться, но не смогла, будто ее и правда прижал к полу страшный лорд. Тут Ланта уже решила забыть о своих обидах и страхах, и попыталась закричать.
Но вместо громкого крика из ее рта вырвался лишь сиплый свист. Она попыталась привлечь внимание стуком рук по полу, но силы покинули девушку.
Чем дальше, тем тяжелее и тяжелее было дышать. С трудом Ланта перевернулась на спину, потолок плыл перед глазами.
Слезы потекли по стремительно белеющему лицу Ланты. Она уже не могла толком вдохнуть, горло оттекло, девушка не чувствовала рук и ног. Перед глазами почему-то вновь всплыла Джоль, целующаяся с Кэлем. Посеревшие губы Ланты открылись, и она выдохнула: — Больно…
А затем ее глаза закрылись.
Когда Кэль шагнул в комнату минталенты, его наполнила радость.
Но через секунду он увидел свою любимую на полу. Она лежала на спине, рыжие волосы разметались в стороны, они ярким пятном выделялись на фоне белой, как дорогая бумага, кожи.
— Ланта! — вскрикнул юноша и бросился на колени около девушки. Она не дышала.
Кэль приоткрыл её серые губы и прижался ухом, тщетно пытаясь разобрать хотя бы малейшее движение воздуха. А затем положил голову на грудь Ланты. Сердце не билось.
Мир перед глазами покачнулся, а все внутри Кэля вспыхнуло. Ему показалось, что он через мгновение потеряет сознание и упадет поверх тела любимой. — Она умерла, — прошептал Кэль, стараясь не верить собственным словам.
— Нет! Не все потеряно!
Кэль вспомнил, как Тирин учил его заводить сердце человека. Он рванул шнурки на платье Ланты, освобождая ее грудь. Затем положил две руки напротив сердца и начал нажимать, периодически прижимаясь губами ко рту Ланты и вдувая в нее воздух.
Это не помогло.
Промучившись так минуты две, Кэль отодвинулся и принялся хаотично вспоминать уроки Алелы. Когда он и Мейт были еще детьми, она рассказывала, как можно завести сердце одним ударом. Она нащупал треугольную косточку в месте, в самом низу ее грудины, положил два пальца, вымеряя расстояние, а затем ударил кулаком. Потом он приложил пальцы к шее, пытаясь нащупать пульс.
Его не было.
Кэль ударил еще раз.
Нет пульса.
Юноша покрылся холодным и липким потом. Внизу живота все сжалось.
Кэль ударил еще раз. И еще. Не помогло. Он попытался вернуться к старой тактике, но все равно ничего не изменилось.
Кэль положил тело Ланты себе на колени и обнял девушку. Она уже стала холодной.
— Боже, — прошептал Кэль. — Помоги! Пусть она будет жить. Дай мне тех магических сил, чтобы я мог ей помочь.
Но ничего не произошло, как Кэль не старался высмотреть луч света или что-то почувствовать в себе.
Глаза Кэля защипало. — Ланточка, — всхлипнул он.
Ланта так и не начала дышать.
Кэль почувствовал страшную слабость. Пересилив себя, он поднялся и переложил Ланту на кровать, а потом вновь встал перед ней на колени. Рукой он поправил её волосы и начал нежно поглаживать холодное лицо. — Я так и не успел перед тобой извиниться, моя минталента. Я люблю тебя и только тебя. Моя минутная слабость все испортила. — Кэль всхлипнул. — Видимо твое сердце не смогло выдержать того, что ты увидела и остановилось. Или ты выпила яд? Получается, это я убил тебя. Я. Прости!
Кэль зарыдал и уткнулся головой в плечо девушки.
Через мгновение юноша почувствовал, как его начинает тянуть назад. За спиной зашелестели листья деревьев, а под руками он почувствовал не холодную кожу Ланты, а нагревшуюся от тепла тела молельную доску. Минталента стала стремительно уменьшаться в размерах. — Прости, — прошептал Кэль.
Мост прервался.
Кэль стоял посреди безжизненной равнины. Серая пыль густым слоем устилала землю, солнце темно-рыжим огненным шаром застыло на бледном пурпурно-голубом небе без облаков.
Юноша сглотнул густую слюну, пытаясь смазать пересохшее горло. Это был мир иссушающей жары и духоты. Жажда стремительно накатывала на юношу, пока его тело, с потом, покидали последние капли воды.
