Не понимая, что происходит я обернулся и увидел благоговейный трепет в глазах простых сметных. Город, который они считали обреченным, словно бы исторгал из себя, всю ту боль и ужас, что еще вчера утром казались неотвратимыми.
Уже к утру все еще стоя у пепелища, оставшегося на месте алтаря, я услышал шаги отче. Он подошел ко мне, и мы несколько минут стояли молча и смотрели на догорающие угли. Священник протянул мне книгу, в добротном кожаном переплете.
— Это подарок, Всполох. Сейчас я понимаю, почему тебя нарекли этим именем, мальчик. Там — он указал на книгу — есть закладка, начни читать ее с того места, что она отмечает.
Он развернулся и пошел обратно на церковный двор, на котором кипела жизнь. Ставились палатки, люди, вновь обретшие надежду, пытались начать жизнь с чистого листа.
Как следует покопавшись в корыте с крупными кусками мяса, Хромец выбрал приглянувшийся и с размаха швырнул его через толстые прутья клетки. Оголодавшие гончие с визгом бросились к упавшему угощению. Хромец улыбался, этот выводок его любимых творений получался на удивление удачным. Прав все-таки был великий Нечистый. Вырастить хорошее и по-настоящему свирепое чудовище можно только на человечине. Любое другое мясо не давало нужного результата. Ни колдовство, усиленное скверной, ни алхимические зелья, не могли в полной мере наделить кадавров вот этой поистине чудовищной свирепостью. Только кровь, эманации страха и страданий разумных жертв могли пробудить в них так нужную колдуну жажду убийства. Полюбовавшись еще несколько минут на возню внизу, Хромец вывалил все корыто и, более не обращая внимания на скулеж и чавканье, пошел в свой кабинет.
Его дожидался Раздор, способный и сообразительный ученик, что уже успел принести немало пользы. Молодой маг, который никак не был связан с сектой или другими проявлениями скверны, оказался особенно полезным сейчас, когда из-за Багрового перевала прибыли первые караваны переселенцев. А вместе с ними пришли и пастыри, что порой заметно превосходили самого Хромца во внутренней иерархии.
Прожив в свободных баронствах белее трех десятков лет, колдун давно разучился подчиняться кому бы то ни было и совершенно не стремился вновь осваивать этот навык. Пройдя по своей лаборатории, машинально проверяя состояние подопытных в массивных стеклянных колбах, попутно делая заметки в рабочих журналах, колдун добрался до дверей своего кабинета.
В кресле спиной ко входу уже сидел его ученик и соглядатай. Отхлебнув из хрустального стакана, молодой человек затянулся длинной сигарой и лишь после заметил появление учителя. Спешно поставив стакан на столик, юноша встал и с уважением поклонился вошедшему колдуну.
— Ваше приказание исполнено, учитель. Я скрытно проник за стены Прилесья за день до появления там Хмурого и за всем внимательно проследил. — Дождавшись, когда колдун обойдет свой стол и устроится в кресле, молодой человек сел обратно и вновь протянул руку к стакану.
— Рассказывай, Раздор, не тяни. Чего добился Хмурый? Они захватили город? Мощи Феоры?
— Вам как рассказывать, учитель? Подробно или сразу к результатам? — Раздор лукаво улыбался, по его лицу было видно, что молодого пройдоху просто распирает от хранившейся в его голове информации.
— Пожалуй, сразу результаты, — решил подыграть своему ученику колдун. — я слушаю.
— Хмурый и его банда, числом более сотни, успешно вошли в город и заняли его. Как и ожидалось, сопротивления почти не было. Обитель Феоры действительно оказалась закрыта от проникновения и Хмурый затеял обряд осквернения, пуская на колесо всех подряд, захваченных горожан, крестьян из окрестных хуторов и рабов.
— Священник, — Раздор замешкался на мгновение, достал из внутреннего кармана сюртука элегантный блокнот в дорогом переплете и сверившись с записями продолжил — отец Абрахам, наотрез отказался выдавать детей и мощи. Полог света, оказался непреодолим без фатальных для сектантов последствий. Вобщем все затянулось…
— Я же сказал, говори прямо! Хмурый получил мощи святой? Храм осквернен? Город захвачен? — Хмурое лицо учителя и угроза в голосе, мигом выгнали хмельное удальство из головы Раздора. Собравшись и придав себе серьезный вид юноша продолжил.
— По всем трем вопросам — нет.
— Но… почему?
На это Раздор лишь улыбнулся, доставая из кожаного саквояжа колбу с человеческим глазом и протягивая ее наставнику.
— Посмотрите сами, учитель, я все записал, как вы велели.
Нахмурившись еще сильнее Хромец взял банку из рук ученика, отвинтил крышку и закатав рукав рабочей мантии достал глаз. Зажав его в левой руке, колдун достал из ящика слота небольшую колбу с зельем "Слияния плоти", откупорил пробку и сделал небольшой глоток. Успев лишь закупорить колбу, колдун словно получив удар по голове, откинулся в кресло, погружаясь в запечатленные оком картины прошлого.
