Саша его никогда раньше не видела, но если напрягала память, то, конечно, слышала. В те редкие минуты, когда она слушала Валли вообще. Раньше такие, как Ной, назывались волхвами. Он не просто часть Сказки, он из тех, что держит совет с теми силами, что являются ее столпами. Он один из самых сильных. Древних. Помнящих. Конечно, он был смертен, но его даже смерть обходила стороной, будто устрашившись. Выдерни маленький кирпичик снизу и смотри, как рушится вся башня. Смерть знала его. И опасалась. Саша так часто спрашивала себя, откуда у Валли такой союзник, а когда решилась спросить наставницу, та довольно усмехнулась – Саше редко удавалось увидеть Валли настолько неприкрыто гордой: «О, мне удалось однажды произвести впечатление, он сказал, что я возмутительная бунтарка, кажется, это было после того, как я заявила московскому собранию зрячих, что они омерзительные шовинисты, закостеневшие в рамках патриархального строя. С тех пор мы называем себя друзьями».
Сейчас он – миллион историй о нем, что она слышала, – стоял напротив, и Саша уже запомнила его взгляд, уже знала его кожей. Он отвечал негромко, будто с сожалением:
– Это старая клятва, данная мной Валентине. Я ее консультант, я ее друг, но я не ее патрон, и я не буду вмешиваться в ее дела. Если она хочет что-то сделать, она сделает это сама.
Саша фыркнула, качнула головой несогласно:
– Это настолько Валли! И вы правда выполняете клятву, данную человеку?
Он почти улыбался. Саша себя не обманывала, она может сердито полыхать сколько угодно, но завесу времени пробить не получится все равно: он не станет более человечным, они никогда не становятся.
– Конечно, я придерживаюсь клятвы. Ты разве не знаешь, что Сказка делает с теми, кто забывает свои клятвы?
Саша знала. И Саша не задавала больше вопросов, дотронулась до рукава его пиджака – это смешно почти, его мог бы носить один из моделей на последней неделе моды, он весь был невыносимо современным и будто вне времени вообще. Материал был приятным до невозможности, она чуть сжала пальцы.
– Мне сейчас придется нарушить закон гостеприимства. Мне нужно быть в одном месте, и я, кажется, туда безнадежно опоздала. Вы не будете держать на нас обиду? Мы будем рады вам в любое другое время.
Он следовал за ней молча, Саша без труда прорезала воздух в Центре, сейчас – может быть, впервые в жизни – он ощущался своим. И она, конечно, слышала его ответ:
– Я как раз собирался уходить, не беспокойся. И передай Валентине мои наилучшие пожелания, я надеюсь, что у нее получится.
Саша хотела ответить, что у Валли всегда все получается. Получится и сегодня. Валли не оставит ее здесь с этим хаосом и с этим ключом. Решимость, шальная и переворачивающая все с ног на голову, поселилась у нее между ключиц и под ребрами. Горячий пульсирующий шарик, не дающий ей покоя.
Они попрощались у входа. Он в своем черном дорогом пальто, и Саша в розовой шубе – картинка почти комичная, если бы у нее так не дрожали руки, пока она впервые закрывала дверь Центра.
–
Саша обернулась, но его на улице не было, будто провалился сквозь землю, ушел сразу в стену, растаял. Кто знает, на что еще он был способен?
Конечно, он знал ее имя. И куда она идет. И, кажется, знал абсолютно все.
О ее приходе Ивану сообщили. На третий раз золоченые холлы и человеческие девушки не произвели на нее впечатления. Она летела с целеустремленностью молнии, в конце концов, не только Вере дано разыгрывать подобные моноспектакли.
Он распахнул для Саши дверь, улыбающийся и окутанный светом, она не могла не рассмотреть фигурные пуговицы на его рубашке, каждая – маленькое солнце, он едва набросил ее. От него пахло разогретой на солнце кожей, праздностью, а Саша испытывала какое-то мстительное удовольствие от того, что прервала его свободное время. У него было все время в мире и бесконечный цикл возрождений. У нее – только сейчас.
Он застал ее врасплох, заключив в объятья прямо у порога. В руках у Ивана – все равно что на поверхности солнца, ослепительно и горячо, но Сашина кожа ожогов не знала, и она думала воспротивиться, но почему-то расслабилась, даже обняла его в ответ, сцепив руки в замок у него за спиной.
