В следующую секунду он готов был сгореть со стыда и смущения, и в то же время — умереть от счастья. Нейт скользнул языком в его дырочку! Подобное было впервые, они никогда прежде не заходили до настолько откровенных и интимных ласк. Рин уткнулся лицом в мягкий ворс ковра и тихонько заскулил. Всё тело пробивала крупная дрожь, он мог бы кончить прямо сейчас. Нейт продолжал вылизывать его и толкаться внутрь, увлажняя и подготавливая, а потом добавил к языку палец, начиная растягивать. Рин продержался от силы пару минут, а потом опустился на пол всем телом и, чуть отползая, перевернулся на спину.
— Давай… — прошептал он, разводя ноги в стороны. — Давай, Нейт, умоляю… Хочу тебя… — он протянул руки к принцу, изгибаясь всем телом, заманивая, — Хочу тебя всего, хочу видеть твои глаза, когда ты входишь в меня.
Нейт тихо зарычал, обвил талию юноши, подхватывая под поясницу, коснулся губами живота, опаляя дыханием чувствительную кожу и оставляя влажную дорожку поцелуев. Поднял голову и посмотрел в его глаза своими невероятно зелёными, а потом вошёл до безумия плавно и медленно, заставляя Рина почувствовать каждый миллиметр. Не отводя взгляда, вышел и вновь проник в него. Из глаз опять потекли слёзы. Он весь дрожал, сердце колотилось как бешеное, воздуха не хватало. Рина накрыло волной неописуемого счастья, он обвил шею принца руками и простонал:
— Люблю… ЛЮБЛЮ! Я люблю тебя, Нейт!
Принц прижался к его шее лицом и резко толкнулся до упора, вызывая тихий крик, а потом обвил тело юноши руками и стал вколачиваться в него на бешеной скорости. Рин метался, извивался, стонал, кричал, шептал, умолял, цеплялся пальцами за спину любимого, царапая её, обвивал талию ногами, желая отдаться целиком, чувствовать глубже, пока в последний раз не выгнулся и не излился, теряя сознание.
Рин пришёл в себя через несколько минут, лежа на груди Нейта, а тот легонько поглаживал его спину. Юноша потёрся о нежную кожу щекой и блаженно выдохнул.
— Почему ты не пришёл в тот день? Я ждал тебя.
— Я не мог. Не смог бы смотреть, как ты уезжаешь. Не смог бы попрощаться… Я вернулся под ночь, ещё надеясь, что ты решишь остаться со мной, но тебя не было.
— Я должен был увидеть свою семью. Мне было это необходимо.
— Ты мог бы сказать мне, рассказать о них, о себе. И… если бы ты сказал, что собираешься вернуться… Знаешь, жить в ожидании было бы не так мучительно, как думать, что я навсегда потерял тебя, — руки Нейта крепче прижали юношу к себе.
— Я обещал никогда не лгать тебе, а это была бы ложь. Я не знал, смогу ли вернуться, ведь в пути может произойти, что угодно. А главное: захочу ли. После того, как увижу своих родных, захочу ли я снова покинуть их.
— Но ты вернулся, — выдохнул Нейт. — Мне было плохо без тебя, Рин. Ты вырвал моё сердце и забрал его с собой.
— Я оставил взамен своё, неужели ты не заметил? — юноша коснулся губами обнажённой кожи.
Никогда! Больше он никогда не оставит Нейта! Он рвался на части сам и причинял боль ему, но одного раза более, чем достаточно, чтобы осознать свою ошибку. Без Нейта он больше жить не согласен.
— Теперь ты расскажешь мне о себе? — тихо спросил принц.
— Всё, что захочешь.
— Может для начала о твоей семье? Когда ты сказал, что твой отец погиб, я подумал, что у тебя больше никого не осталось, но оказалось — это не так. Почему ты не упоминал о них?
— У меня есть мать, сестра и брат, его ты уже видел. А теперь ещё и племянник — сын Викари, так зовут сестру. Он родился чуть больше года назад. На том корабле находились только мы с отцом, все остальные остались в Картонии. Я не видел их несколько лет, ничего не знал о них и их жизни и говорить о них не хотел. Во-первых: мне было больно от осознания того, что, возможно, я никогда больше не встречусь с ними. А во-вторых… тот, кем я был тогда, просто не имел права говорить о семье и марать их имя своей грязью. — Рин прикрыл глаза. — Знаешь, я ужасно боялся. Когда уехал, боялся увидеть их вновь, боялся, что они не примут меня такого, боялся рассказать о том как жил эти годы. Я оказался идиотом. Знал ведь, что они всегда искренне любили меня, но успел позабыть о подобных чувствах. Никто из них не упрекнул меня ни разу: они просто были безмерно счастливы, что я жив и сумел вернуться домой. Именно это дало мне надежду, что и ты можешь любить такого, как я.
— Ты и правда идиот — я ведь сказал тогда, что люблю тебя. Твоё прошлое не имеет для меня значения, и оно никогда не встанет между нами. — Нейт потянул его на себя и, обхватив лицо, заглянул в бордовые глаза. — Возьми меня, Рин, я хочу тебя.
— Шутишь? — усмехнулся юноша. — После всего, что мы тут недавно вытворяли? Да я и пошевелиться не смогу от усталости.
Нейт потянулся к его уху, обхватил мочку губами, провёл по ней языком, вызывая дрожь, и томно прошептал:
— Хочу почувствовать тебя в себе. Хочу принадлежать тебе.
Рина бросило в жар, а член заинтересованно приподнялся. Юноша навис над Нейтом, резко схватил его руки и, удерживая их над головой принца, прижал к полу.
— И где же ты научился такому? — прищурив глаза, спросил он.
