Работа над ролью полностью

В этом куске в роли Отелло можно уже по тексту начать возмущаться и свирепствовать, но это было бы нехорошо в смысле постепенности и подбора красок, поэтому его восклицания: «Смерть и проклятье!», «Чудовищно! Чудовищно!», «Я разорву ее на части!» – надо понимать так: он восклицает это не от ужаса перед уже свершившимся фактом, а лишь от ужаса перед допускаемым предположением. Ведь и такие восклицания поощряют Яго к дальнейшему рассказу.

Главная игра Отелло не в этих восклицаниях, а во время текста, произносимого Яго. Он жадно слушает его и этим, естественно, как бы подстегивает его к дальнейшему рассказу.

При словах: «Чудовищно! Чудовищно!» – Отелло впервые на минуту поверил в возможность этих фактов и остолбенел.

В таком же тоне идет и следующая реплика: «Да, сон, но обличает он то собой, что было наяву…»

Тут он еще в оцепенении и переваривает известие.

Реплика: «Я разорву ее на части!» – инстинктивно вырвалась, как тигриный рев. Следующей репликой: «Такой платок я подарил ей» – он с болью доказывает Яго, что прав.

Все это – лестница, подходы к дальнейшему финальному решению, но не забывайте: только подходы, – а внутреннее обоснование для них – в основной задаче куска: хочу понять.

Три последние строчки: «О, отчего не сорок тысяч жизней у этого раба?» и так далее – говорятся не с яростью, а с ужасающей болью, с тоской, а не с силой, именно ввиду постепенности нарастания и распределения красок.

Кусок кончается огромной гастрольной паузой, в которой актер доживает накопленные за эту сцену чувства и принимает новое решение.

Теперь как определить линию Яго в этом куске?

В предыдущих кусках – А, Б, В, Г – Яго только старался обратить на себя внимание. То, что Отелло хотел его сбросить, в конце концов, только помогло ему, так как вызвало реакцию в Отелло и его мольбу о помощи.

С этого момента Яго повел свою линию, но, всегда, не прямо, а под личиной своего добродушия. В данном случае он прикрывается тем, что для спасения Отелло приходится говорить правду.

Отелло требует во что бы то ни стало ответа и заставляет Яго доказать то, чего он доказать не может. Яго против своей воли, ищет факты, чтобы разъяснить дело и тем помочь Отелло выйти из неясного положения, которое его удручает. Словом, он играет на том, что нужно что-то сделать, а сделать трудно – нужно выдать приятеля, а не хочется. Свою личину добродушия актер должен изображать так искренне, чтобы обмануть не только Отелло, но и самого зрителя.

После паузы Отелло встает, и начинается новый кусок.

Кусок З (VIII). От слов: «Теперь всему, всему я верю!» – заканчивая словами: «…пока не поглотятся диким мщеньем».

Если в куске В Отелло иллюстрирует то, что сделал с ним Яго, если в куске Е – ту муку, которую переживает, то в куске З он иллюстрирует ту перемену, которая с ним произошла, притом произошла бесповоротно.

Такова задача куска, а сам кусок я бы назвал: «Вот каков я стал теперь».

И в этом куске, как и в предыдущем, я ищу технические средства, чтобы удержать актера от перехода на вольтаж[49], иначе он начнет выжимать страсть и рвать ее в клочки. Если он попадет на вольтаж, то ему зарез. Чтобы не пускать актера на этот путь, нужна физическая или элементарно-психологическая задача. Пусть он держится за нее крепко, особенно в этом месте. Пусть он действует продуктивно и целесообразно.

Кусок И (IX). Начинается: «Клянусь теперь под этим чистым небом…» – кончается: «И сей же час воспользуюсь я ею».

Название куска: «Клятва».

Задача: отрезать все пути к отступлению (как можно сильнее закрепить свое решение, так чтобы отнять у себя возможность к отступлению).

Кусок К (X). Начинается: «Через три дня ты должен мне сказать…» – кончается: «Навеки ваш».

Название куска: «Приговор».

Задача: передать ужаснейшую тайну, в которой трудно признаться даже самому себе.

Объяснение. Решение состоялось, но оно так страшно, что его не выговоришь громко, его хочется больше сказать глазами. И вот этот-то важнейший и ужаснейший секрет один человек передает другому тайно между небом и землей. Больше говорят глазами.

Итак, вот какой схемой живет актер в этой картине:

А (I) – разрешить заданную задачу: почему, для чего?

Б (II) – уйти от Яго.

В (III) – заставить почувствовать Яго, что он с ним сделал.

Г (IV) – предупредить Яго: берегись, безнаказанно так шутить нельзя.

Д (V) – «Что я наделал? Фу какая гадость!»

Задача: скрыться, чтобы не видеть ни себя, ни других.

Е (VI) – «Караул! Спаси! Нет сил!»

Задача: разжалобить Яго, чтобы помог.

Ж (VII) – «Следователь».

Задача: разобраться во всех тонкостях, понять.