Работа над ролью полностью

– Это нехорошо, так как от такого видения не почувствуешь подлинной жизни, – заметил Аркадий Николаевич. – Между тем в этом месте пьесы столкнулось столько ярких, и бытовых, и человеческих, и общественных, и национальных, и психологических, и этических живых побуждений, страстей, от которых трудно не заволноваться. Да и сама внешняя фабула так красива, неожиданна, остроумна, что невольно заинтересовывает. Какое сплетение предлагаемых обстоятельств! Нагрянувшая война, острая нужда в единственном спасителе отечества – Отелло; оскорбление правящих кругов, потому что кровосмешение аристократки с цветным дикарем и полузверем, каким по тогдашним феодальным понятиям был Отелло, являлось жестоким оскорблением для правящего класса. Попробуйте-ка поверить этому и сделать выбор между расовой честью чванных венецианцев и спасением отечества истинными патриотами. Сколько самых разнообразных нитей завязывается в этой сцене в один узел. Какой ловкий сценический прием, какая остроумная экспозиция в интересном стремительном действии.

Если вы захотите еще укрепить эту сцену, перекиньте от нее мост к предыдущим двум. Представьте себе при этом, что предыдущие сцены сыграны так, что в них почувствовался грандиозный скандал, который как гром разразился среди ночи и поднял на ноги весь город. Подумайте только: в то время когда все спали блаженным сном – вдруг крики бегущей толпы, плеск плывущих гондол, наполненных вооруженными людьми; при этом освещенные окна Дворца дожей, и ко всему этому страшные слухи о нашествии турок, кража черным общей любимицы города – Дездемоны, ураган… Перемешайте все это и воспримите со сна. Я уверен: вам покажется, что ваш город Венеция уже в руках дикарей, которые сейчас ворвутся в ваш дом. Видите, как одно яркое пятно тянется к другому такому же яркому, сливается с ним и образует большое светлое пространство, которое сильнее отбрасывает свет на соседние куски и тем оживляет их. В самом деле, эпизод войны сцепился с эпизодом похищения Дездемоны. Но разве вы забыли, что похищение крепко связано с эпизодом мести Яго Отелло из-за служебных интриг с Кассио. Вспомните также, что во всей этой заварухе большую роль играет Родриго, второй после Отелло претендент на руку Дездемоны. В то же время Родриго связан всеми нитями с Яго и так далее.

Чувствуете ли вы, как одно лицо, один эпизод оживляет другой и как поэтому пример отблеска звезд выражает тот процесс, который мы изучаем сейчас в конструкции пьесы. Едва мы начали укреплять сцену Отелло в сенате, как она потянула за собой другие, тесно связанные с ней эпизоды, а эти в свою очередь осветили сцены, связанные с первыми.

После беглого просмотра остающихся в воспоминании от нескольких прочтений пьесы пятен мы видим, что некоторые из них уже успели слиться с другими, родственными им; третьи пятна хоть и не соединились, но уже проявляют тенденцию в этом направлении; четвертые, пятые… десятые, получив отблеск от других оживших пятен, стали заметнее, а вся остальная масса моментов воспоминаний пока обнаружилась лишь в едва заметных намеках, похожих на звездный Млечный Путь.

Но ведь, в сущности говоря, все то, что мы до настоящего момента проделывали для создания новых пятен и для слияния с ролью, было направлено к увлечению отдельными местами пьесы, которая не вошла в вас сразу интуитивно.

Возбудившись вновь открытыми гениальными моментами пьесы, артистическое увлечение, в свою очередь, может сделаться орудием анализа и продолжить начатую им работу. Ведь увлечение не только возбудитель творчества, но и мудрый проводник в душевные тайники, проникновенный зоркий исследователь и чуткий критик и оценщик.

– Талантливые поэты, подобные Шекспиру, дают нам гениальные пьесы, нашпигованные бесконечным количеством увлекательного материала для мечтания с интересными магическими «если бы», предлагаемыми обстоятельствами. В работе по исследованию чужой темы для творчества нам надо идти главным образом по внутренней линии, тем более что внешняя линия фактов и событий уже предопределена самим поэтом. Для того чтобы понять и оценить то, что скрыто в произведении, нужно воображение.

Давайте проведем опыт. Вьюнцов, пере» скажите нам содержание «Отелло».

– Черный мавр украл белую девушку. Отец – в суд, а тут подоспела война. Надо посылать черного, а отец – нипочем. «Рассудите, – говорит, – нас сперва». Рассудили и послали в ту же ночь черного на войну. «Поеду с ним, да и только», – говорит дочь.

Ну… вот. Поехали, победили и живут себе во дворце…

– Как вам кажется, – обратился к нам Аркадий Николаевич, – хорошо он понял и оценил новую увлекательную тему творчества, данную Шекспиром?

Все рассмеялись вместо ответа.

– Может быть, вы, Шустов, поможете нам?

– Отелло похитил дочь сенатора Брабанцио как раз в ту ночь, когда турки начали нападение на одну из венецианских колоний, – продолжил Шустов.