Безжалостно отпихнув Люсиль, меня подтолкнули к краю пьедестала. И, прежде чем это странное существо объявило о начале новых торгов, я осознала, что таращусь в лицо самого эффектного из когда-либо виденных мною мужчин. Он был высок, широкоплеч и мужественен, его образ не портила даже длинная белоснежная коса, перекинутая через плечо. Нет, скорее, даже дополняла. Но и обычным человеком этот экземпляр божественной красоты не являлся. Я знала это, даже несмотря на его вполне европейскую внешность. Бездонные глаза сияли, как два огромных чёрных бриллианта, а кожа его светилась подобно перламутру. Эльф, что ли? Нет, уши маленькие, красивой формы…
Стоп! Какого чёрта меня потянуло на лирику? Один из таких «благородных» только что приобрёл в качестве игрушки Томми, и теперь её судьбу должна повторить я сама. Нет, ничего хорошего нас в любом случае ждать не может!
– О великие. – Заискивающий голос мерзкого распорядителя аукциона заставил меня вздрогнуть. – Посмотрите на этот готовый распуститься бутон!
При этом он указал когтистой лапой на меня, я инстинктивно отпрянула, но тут же получила тычок в спину.
– Светлая жемчужина для истинного ценителя… – гад продолжал набивать цену и, вероятно, трещал бы ещё долго, если бы его не перебил властный голос:
– Три тысячи скрупулов лунного жемчуга!
Моё сердце гулко бухнуло и замерло. Это был тот самый красавчик! Может, всё не так плохо? В нём всё так благородно… и даже одет он как подобает божеству (в моём представлении). Поверх туники из светлой ткани, расписанной пурпурными рунами и перехваченной в талии голубым поясом, была наброшена серебристая тога, отделанная мерцающей каймой.
Причем, очевидно, я не одна так восторгалась.
– Настоящий Аполлон, – восторженно прошептала за спиной Люсиль.
– Скорее, Юпитер, если я что-то помню из мифологии, – хмыкнула я, но радоваться было рано, ибо прозвучала новая ставка:
– Удваиваю!
Все взгляды обратились к обладателю глубокого, как море, голоса. Я повернула голову и со свистом выпустила из лёгких воздух. Говорившее существо можно было назвать мужчиной или вообще человеком лишь с очень большой натяжкой – с очень-очень большой. Скорее оно выглядело как оживший экспонат кунсткамеры. Поистине, жуткое зрелище! Безобразно толстые губы на сухом сморщенном лице, широкий плоский нос и только один ярко-голубой глаз посередине лба, который сверкал то ли азартом, то ли злобой. На безволосой голове развевался султан из роскошных фиолетовых перьев, а лишённое одежды тело покрывал белый пушок.
На мгновение воцарилась тишина. У меня самой ком в горле встал, мешая не то что говорить, а даже дышать.
– Кто предложит больше, чем великий ако Огун? Неужели нет больше желающих? – в голосе распорядителя прозвучали грустные нотки.
Придя в себя, я глухо застонала. Стать рабой этого ходячего кошмара? Да ни за что! Уж лучше прыгнуть вниз на радость пожирателям человеческой плоти. Я уже всерьёз задумалась над этой идеей, но от безумного поступка меня удержало новое заявление:
– Предложенное им и сотня небесных кристаллов, – в торги включился здоровенный темнокожий детина с длинными оранжевыми волосами, свёрнутыми в жгуты.
– Удваиваю, а ещё квиринский кристалл памяти, – отозвался блондинистый красавчик.
Я с надеждой посмотрела в его сторону, но тот глядел не на меня, а на распорядителя.
–О великородный, ваша щедрость не знает границ! – крысиный недомерок продолжал тянуть время. Надеялся, гад, вытянуть из покупателей всё возможное.
– И ещё две тысячи скрупулов лунного жемчуга, чтобы закрыть торги прямо сейчас, – грозно пробасил «мой спаситель» и нахмурился, всем своим видом выражая недовольство. Глаза его превратились из сверкающих алмазов в обсидианы – тёмные-тёмные, без намека на прозрачность.
А здорово он, похоже, разозлился! Мои ногти впились в ладони, ну же! Неужели удача всё же улыбнётся?
– Продано! – с гнусной улыбочкой известил распорядитель, – Великий лаций Янус, забирайте своё сокровище!
Сердце забилось оглушающе быстро в непонятном предвкушении, но «спаситель» даже не посмотрел на меня. Вместо этого он… отвернулся, и, к своему безмерному удивлению, я увидела на его затылке ещё одно лицо – такое же мужественное и красивое, с чёрными глазами-алмазами и красиво очерченным ртом, но от этого не менее пугающее. Великий лаций действительно оказался двуликим Янусом, чёрт бы его побрал! Жуткое зрелище! И что ожидать теперь? Я, конечно, разомлела от его красоты, но почему-то эта красота в двойном объёме вызывала у меня чувство, очень близкое к паническому испугу.
– Повезло тебе, сестрёнка, – вздохнул стоявший между мной и Люсиль Бенедикт, – с этим не забалуешь. Стеречь будет днём и ночью.
– Не-е-т! – вцепилась в моё плечо Люсиль, и я почувствовала, как шею что-то кольнуло.
– Руки прочь от неё! – выкрикнул Бенедикт, но, так и не успев ничего понять, я начала отключаться. Мир перед глазами поплыл, унося сознание куда-то далеко.
Очнулась я на чём-то жёстком и холодном, провела рукой – судя по ощущениям, ложем мне служил голый камень. Надеюсь, это не жертвенный алтарь?!
