– Вы полагаетесь на то, что у инопланетян приличные манеры? Госпожа премьер-министр, они что, приобрели эту землю у семейства Боуэн? Нет. Выплатили им компенсацию? Нет. Силовые поля по всей планете – о них что, кто-нибудь просил? Черт возьми, да тот же конец насилию – хорошо, многие желали бы именно этого, от жен, которых избивает муж-тиран, и до жертв доброго десятка непрекращающихся гражданских войн. Но предупреждения-то не было! Никакого «извините, мы тут собираемся прекратить убийства, не возражаете?» Инопланетяне делают все, что им заблагорассудится.
– Хорошо, – оборвала его премьер, – я вас поняла. Мы можем лишь реагировать, но не проявлять инициативу. В этом случае нам необходимо попытаться понять, что произойдет дальше. Элисон, эта ваша научная группа. Времени читать их резюме у меня не было. Имена, специальности?
– Хм-м. Значит, крупный и рыжебородый – это Брендон Рот, астрофизик из Квебека. Рыжая женщина, которую стошнило при взлете, – Дженни Кокс, работает в области квантовой теории поля, энергетического обмена и… вероятностных принципов, как-то так. Последняя – Бария Хан, экзобиолог, написала книгу об экстремофилах. Интересы включают образование эукариот и возникновение жизни на Земле.
– И еще она ваша старинная подруга.
– Ну, да. Я готова признать, что ее специальность не имеет непосредственного отношения…
– Сказать по правде, – объявила премьер, прикрыв глаза рукой, – мне это вполне безразлично. Хотите устроить девичник – на здоровье. Мне-то что. – Она убрала руку и твердо взглянула на обоих по очереди. – Вы во всем этом надолго. И при этом совершенно очевидно, что никто из вас не сделал выводов из очень важной темы, которую я подняла месяц назад, – темы воображения. Элисон, в вашей группе кое-кого не хватает. Марк, ваши приятели из космической программы завалили меня теориями – относительно
– Что ж, – произнесла Элисон, не отрывая глаз от своей чашки, – по-моему, вы… правы. Мы могли бы включить в группу и писателей.
Премьер тем временем копалась в карманах своего легкого плаща. На свет появилась куча мятых бумажек – похоже, квитанций, – на обороте которых были какие-то записи.
– Вот, я процитирую пропавшего фантаста, Саманту Август. Из интервью, пошедшего не по плану. Послушайте. Вот ее слова. «Проблема здесь в том, что люди без воображения даже и не подозревают, чего лишены». – Лизабет положила смятую квитанцию на стол и принялась разглаживать. – Подумайте над этой фразой как следует. Лучше всего, не раз и не два. Самое важное там вначале. «
– Ой, – пробормотал Марк Ренар.
– Лошадь можно привести к воде, но если она слишком тупа, чтобы напиться…
–
– Нет, Марк. Это я так сказала. Вот только что. – Премьер встала. – Вы оба, идите за своими командами, пора начинать совещание.
Выйдя из трейлера, Марк чуть тронул Элисон за плечо.
– Она нас что, тупыми назвала?
– Ну да, – поморщилась Элисон.
– Тогда еще раз «ой».
Элисон нашла глазами свою троицу ученых, стоявших неуверенной кучкой метрах в десяти. Брендон при этом еще и пытался разжечь трубку, летний ветерок налетал на него с разных сторон, он крутился, укрываясь от порывов, словно неторопливый волчок, не переставая чиркать зажигалкой.
– Вот сейчас остановится – и повалится. Все мы повалимся… – пробормотала Элисон.
– Прошу прощения? – встрепенулся Марк. – Я не расслышал.
Элисон лишь покачала головой.
Является ли Вселенная голограммой? Возможно. На большом увеличении обязательно полезут пиксели. Не знаю, как вас, а меня это забавляет. До тех пор, пока я не вспоминаю, что программу несложно взломать. Любую программу.
– Вот потому-то я и не переношу подобных совещаний, – объявил президент Соединенных Штатов. – Всякие умники решают, что мне следует делать. Это я решаю, что мне делать! И сейчас меня интересует только одно – готовы ли мы поступить, как русские? Просто пересечь треклятую границу и забрать то, что по праву и так наше? – Он ткнул пальцем в министра обороны. – Морган, изложи возможные сценарии.
