— Джон Кларк, — повторил Кириленко. — Посмотрю, что смогу сделать для тебя. У тебя есть мой телефонный номер?
Попов незаметно сунул обрывок бумаги по стойке бара.
— Вот мой номер. У тебя есть визитная карточка?
— Конечно. — Русский дипломат положил бумажку в карман, достал свой бумажник и передал Попову визитную карточку. И.П. Кириленко, было написано на визитке, Третий секретарь, Посольство России, Лондон. 0181-567-9008, и рядом номер факса — 9009.
Попов сунул визитную карточку в карман.
— Сейчас я должен возвращаться в посольство. Рад был нашей встрече, Дмитрий. — Резидент поставил кружку на стойку бара и вышел на улицу.
— Картина тебе ясна? — сказал один сотрудник «пятерки» другому, выходя из двери, примерно через сорок секунд позади субъекта, за которым велось наблюдение.
— Как сказать, недостаточно хороша для Национальной галереи, но... — Проблема со скрытыми камерами заключалась в том, что объектив был слишком маленьким для получения хорошей фотографии. Обычно они годились для опознания, и он сделал одиннадцать снимков, которые, обработанные на компьютере, должны быть достаточно четкими. Они знали, что Кириленко считал свое прикрытие вполне надежным. Он не знал и не мог знать, что «пятерка», когда-то носившая название MI-5, а теперь получившая официальное название Служба безопасности, имела свой источник внутри русского посольства. Великая игра по-прежнему продолжалась в Лондоне и повсюду, наступил новый порядок или нет. Им пока не удалось поймать Кириленко в компрометирующей ситуации, он, в конце концов, был резидентом и потому не поддавался на соблазны. Но за такими людьми слежка все равно ведется, потому что вы знаете, кто они, и рано или поздно у вас появится что-то на них. Подобно парню, с которым он пил пиво. Он не был завсегдатаем этого паба — их-то они знали. Его имя неизвестно. Всего лишь несколько фотографий, которые подвергнутся сравнению с фототекой в новом здании штаб-квартиры «пятерки», Темза Хаус, прямо на берегу реки у моста Ламбет Бридж.
Попов вышел из паба, повернул налево и прошел мимо Кенсингтон Пэлас. Теперь оставалось ждать, пока Кириленко не передаст ему что-нибудь полезное. Ему это по силам. Попов предложил в обмен нечто весьма интересное.
Три пьяницы умерли в этот день, все от внутреннего кровотечения в верхней части кишечника. Киллгор спустился к ним, чтобы проверить это. Двое умерли в один и тот же час, третий на пять часов позже, и морфий помог им умереть или в бессознательном состоянии, или в безболезненном благодарном оцепенении. Остались пятеро из первоначальных десяти, и ни один из них не увидит конца недели. Шива был именно таким, на какую они надеялись и, по-видимому, такой же заразной, как обещала Мэгги.
Наконец, стало ясно, что система распространения действует идеально. Это было доказано субъектом F4, Мэри Баннистер, которую только что перевели в клиническое отделение после появления очевидных симптомов. Таким образом, проект «Шива» до настоящего момента был полностью успешным. Все соответствовало испытательным параметрам и предсказаниям компьютера.
— Какую боль ты испытываешь? — спросил он у своей обреченной пациентки.
— Сильные колики, — ответила она. — Как при гриппе, и еще что-то.
— Ну что ж, у тебя действительно небольшая лихорадка. Ты не знаешь, где ты могла подхватить ее? Я хочу сказать, появился новый штамм гриппа из Гонконга, похоже, ты его и подхватила.
— Может быть, на работе... прежде чем я приехала сюда. Не помню. У меня будет все в порядке, правда? — Беспокойство пробивалось через насыщенную валиумом пищу, которую она получала каждый день.
— Я не сомневаюсь, — улыбнулся Киллгор за своей хирургической маской. — Этот штамм может оказаться опасным, но только для младенцев и стариков, а ты не относишься ни к одной из этих категорий, не так ли?
— Нет, пожалуй. — Она тоже улыбнулась, услышав ободряющие слова из уст врача, который всегда утешал ее.
— О'кей, вот что мы собираемся сделать — установить тебе капельницу, чтобы ты получала достаточно влаги. А чтобы уменьшить боль, добавим в раствор капельницы немного морфия, о'кей?
— Это вы доктор, — ответила субъект F4.
— Хорошо, держи руку неподвижной. Мне придется вставить иглу, и это будет немного больно... вот, — сказал он, закончив работу. — Ну как?
— Не так уж больно.
— О'кей. — Доктор Киллгор нажал кнопку активации на «рождественской елке». Капли морфия тут же начали катиться по трубке. Через десять секунд он вошел в кровообращение пациентки.
