Олимпийскую деревню окружает забор из сетки. Многие спортсмены ленятся обходить забор, чтобы войти в ворота, и перелезают через него. Перелезают и 8 палестинских боевиков из группы «Чёрный сентябрь», в четыре утра 5 сентября. У забора встречают спортсменов. Канадцы, янки и боевики помогают друг другу перелезть через забор – палестинцев принимают за спортсменов.
Два палестинца, предварительно разведавшие Олимпийскую деревню (по некоторым данным, как подсобные рабочие), проводят остальных к зданию с израильтянами. Входная дверь открыта. Большинство спортсменов застали спящими.
Взяв в заложники 11 спортсменов, палестинцы требуют освободить 5 красноармейцев (среди них Майнхоф и Баадера) и более 230 палестинцев в израильских тюрьмах. Премьер-министр Израиля Голда Меир отказывается вступать в переговоры, иначе «ни один израильтянин не сможет чувствовать себя в безопасности». Переговоры начинают баварский министр внутренних дел Бруно Мерк, его федеральный коллега Ганс-Дитрих Геншер и глава мюнхенской полиции Манфред Шрайбер.
Президент Международного олимпийского комитета Айвери Брандейдж распоряжается продолжать Игры «любой ценой». Соревнования всё же пришлось прервать, но лишь в 15: 50, через 10 ч. после того, как руководство узнало о захвате заложников.
Хотели пустить газ через систему кондиционирования, но газа не нашли. Хотели замаскировать спецназ под поваров с едой, но палестинцы сами занесли еду в подъезд. План штурма тоже провалился – журналисты передавали в прямой эфир приготовления полицейских, а палестинцы смотрели телевизор.
Палестинцы желают отправиться в Каир самолётом вместе с заложниками. Египет отказывается принимать самолёт, но власти ФРГ говорят палестинцам, что всё улажено, надеясь освободить заложников на аэродроме. Палестинцы позволяют переговорщикам войти в квартиру и убедиться, что израильтяне живы. Переговорщики ошибочно насчитывают 4–5 палестинцев, и полиция исходит именно из этого. Никто не догадывается опросить журналистов или просмотреть плёнки и записи. Когда из захваченного здания выходит 8 палестинцев, это становится сюрпризом для силовиков.
В аэропорт Фюрстенфельдбрук пригнан «Боинг» с 12 полицейскими, изображающими экипаж. Увидев 2 вертолёта палестинцев и 8, а не 4–5 противников, полицейские самовольно ретируются из самолёта. Никто из них не будет за это наказан.
В операции участвуют «снайперы» – полицейские, любящие устраивать соревнования по стрельбе. Они без раций, касок и бронежилетов. Оружие, без телескопических и инфракрасных прицелов, немногим лучше горе-снайперов.
Прибыв на аэродром вместе с заложниками в 2 вертолётах и увидев, что экипажа самолёта нет, палестинцы понимают, что это ловушка. Они расстреливают заложников и кидают в каждый вертолёт по гранате. Полиция открывает огонь, случайно зацепив одного из пилотов вертолётов и тяжело ранив снайпера. Погибают 3 палестинцев.
Бронемашины, ехавшие в аэропорт для поддержки полицейских, застряли в пробке. Почему их не пригнали раньше, власти так и не объяснили.
Руководитель израильской делегации Шмуэль Лалкин за 1,5 месяца до Игр писал начальнику отдела безопасности Олимпиады об отсутствии мер безопасности. Тот рекомендовал Лалкину не соваться не в своё дело.
ФРГ проигнорировала также предупреждение от информанта из Бейрута, что палестинцы планируют «инцидент» на Олимпиаде.
За несколько месяцев до Олимпиады консультант мюнхенской полиции, доктор судебной психологии Георг Зибер подготовил 26 сценариев терактов, возможных на Играх. Среди них и сбывшийся вариант. Но начальник полиции Шрайбер высмеял консультанта. После случившегося был уволен не Шрайбер, а Зибер, а его сценарий «потеряли».
20 лет ФРГ отказывалась обнародовать любую информацию об этом событии. Что неудивительно, учитывая преступную халатность, трусость и откровенную тупость чиновников и полиции. Степень их глупости напоминает правительство Николая II.
20 сентября, Кёльн. Майнхоф доставляют из тюрьмы Оссендорф в полицейский участок на опознание. Она срывает опознание, закричав: «Я – Ульрика Майнхоф». Остальные 5 женщин, вцепившись в охранников, кричат на них и называют их свиньями.
Ноябрь, Кёльн. Майнхоф пишет и передаёт адвокату статью «”Чёрный сентябрь” в Мюнхене – к стратегии борьбы с империализмом». Адвокаты публикуют его как заявление РАФ.
Майнхоф оценивает акцию палестинцев как образцовый революционный акт, полный «понимания истории и политики». Гибель евреев произошла в Германии – той самой стране, что убивала евреев. И вновь в их гибели виноваты немецкие власти, обманувшие боевиков и тем самым пожертвовавшие заложниками, а также Израиль, «сжёгший своих спортсменов, как нацисты сжигали евреев – топливо для империалистической политики истребления». Сказано также о «нацистском фашизме Израиля». Власти ФРГ намеренно допустили резню, напоминающую «фашизм Моше Даяна – этого Гиммлера Израиля» (министра обороны Израиля).
