– Они наши соседи, Оливия, – сказала Салима тоном воспитательницы, объясняющей малому ребенку, почему нельзя давить муравьев. – А хорошие отношения с соседями еще никому не вредили.
– Они тысячу лет были нашими соседями, – хмыкнула Оливия, – и еще много тысяч лет до того.
– Лучше поздно, чем никогда, – Салима пожала плечами. – И мы ничего не теряем, а наоборот, приобретаем. Рай – древняя цивилизация. Когда их солнце было молодым, наше только начинало сжиматься из протозвездного облака. Мы быстро развиваемся технически, но нам никогда не обогнать их в опыте. Искусства и науки, аналогов которых у нас нет, уникальные методики обучения и самоконтроля… Все это – на перспективу, но тебя, наверное, интересует, что мы получим здесь и сейчас?
– Очевидно, Нлакис, – Оливия усмехнулась. – Но его мы могли и без договора оттяпать.
Не могли, ох, не могли.
– Без договора, Оливия, мы оказались бы мерзкими агрессорами, стервятниками, нарушителями мира и спокойствия и еще шайтан знает кем. А с договором мы будем владеть планетой законно и иметь полное право гнать от нее поганой метлой всех, кто сейчас нам там мешает.
Оливия одобрительно хихикнула.
– Не буду уточнять, кого ты имеешь в виду. Значит, вот про какую войну ты тогда сказала… Война за Нлакис, но не захватническая, а освободительная. Салима, я тебе уже говорила, что ты гений?
– Раз двадцать, – засмеялась та. – В этом году.
Ртхинн Фййк тоже совсем не дурак. То есть дурак, конечно, но в ином. В выступлениях перед публикой он знает толк. Салима включила повторение. Говорит умело, убедительно, с тщательно дозированным артистизмом. И говорит именно то, что надо. Если бы она заранее советовала ему, о чем говорить, то ничего лучше не придумала бы. А уж Гъде, пытающаяся настроить его против Земли – вообще находка. Удачная выдумка или на самом деле? Видимо, разговор с представителями Гъде все же имел место: подобные заявления в шутку не бросают. Удивительно кстати!
В переводе речь посланника Рая слегка теряла яркость, но его обаяние с лихвой компенсировало эту потерю. Тут Криййхан бы точно проиграл. Мрачному морщинистому сумеречнику не досталось бы и доли тех эмоций, которые вызывал у зрителя Ртхинн – выглядящий красиво и загадочно, живой, подтянутый, улыбающийся. А ведь такой же вампир, как Криййхан…
Закия сказала: наплевать, что вампир. Неужели тебе, цветочек, для этакого молодца жалко пару капель крови?
Она еще не решила, жалко или нет. Пусть сперва договор подпишет, а там подумаем. Делу – время, потехе – час.
Салима откинулась на спинку кресла и принялась ждать, кто позвонит следующим: американский президент или кто-то из российских кураторов. О чем они будут говорить, она примерно представляла.
– Хирра Мрланк, вас вызывают из администрации, – доложил дежурный связист.
– Это не может подождать пять минут? – зарычал Мрланк.
– Э… боюсь, что нет. Там наши вот-вот устроят драку с сутенерами.
Мрланк выругался и выпустил Эйззу из объятий. Другого времени они не нашли подраться!
Человек на экране был похож на шитанн из Кенцца: смугл, но не до такой степени, как темные земляне, а черные волосы увязаны сзади в хвост.
– Начальник службы безопасности Байк-паркинга Алишер Нагиев, – отрекомендовался он.
Мрланк прищурился.
– Вроде другой был?
– Господин Андрес подал в отставку, – тактично выразился Нагиев. – Господин Мрланк, в баре скандалят два кетреййи. Не хотят платить проституткам. Они, извините, утверждают, будто это девки должны им за приятный вечер.
Капитан ухмыльнулся.
– И я их в этом поддерживаю!
– Господин Мрланк, я ни в коем случае не поощряю товарно-денежные отношения в интимной сфере, – Нагиев был просто олицетворением дипломатии, – но, раз уж такая практика существует, и ваши люди воспользовались платными услугами, следует рассчитаться. Однако они никого не желают слушать. Может быть, вы…
– Вы пытались угрожать им? – Мрланк прищурился еще сильнее. – Пробовали арестовать?
– Что вы, господин Мрланк! – Нагиев аж всплеснул руками. – Напротив, наши сотрудники уговаривают сутенеров не раздувать конфликт.
Мрланк снова ухмыльнулся. Вот что значит оставить о себе хорошую память.
– Но они, извините, уже звереют. Я опасаюсь, господин Мрланк, что они подключат своих силовиков, и начнется вы сами понимаете что…
– Заплатите им. Из моей компенсации.
Утром для Мрланка пришла моральная компенсация за инцидент с чфеварцами – пятьдесят тысяч монет. Он еще не решил, как ее забрать: местными купюрами или драгметаллами.
– Господин Мрланк, у меня нет доступа к вашему счету, – вежливая улыбка из серии «я не могу сказать тебе, что ты дебил и урод». – Подойдите, пожалуйста, или пришлите кого-нибудь.
