Райская молния полностью

– Замуж ей надо. – Мрланк убрал руку. – Ты спроси у Траггов: может, кто захочет жениться?

– На уже беременной? Сильно сомневаюсь. Но спрошу, почему бы не спросить. А что с реальным отцом?

– С реальным – нереально, – он скривился. – Пойду я, Ххнн. Пошли кого-нибудь разыскать Селдхреди. Я буду на трапе, воздухом подышу.

Звездное небо над Землей похоже на небо Шшерского Рая. Четыре с третью световых года – не расстояние. Рисунки созвездий кое-где искажены, но узнаваемы. Вот только Проклятой звезды в центре Ковшика нет. А солнце Рая и вовсе не видно в этих широтах.

Небо успокаивало. Темное, покрытое точками звезд и извилистой Серебряной Рекой – почти как на родине. Теплый, нагретый за день воздух, перемещающийся приятным ветерком – лучше, чем на родине. Мрланк прислонился к перилам.

Первым подошел Асст, и Мрланк спросил в лоб:

– На Эйззе женишься?

Асст растерянно моргнул.

– Хирра Мрланк, но я женат.

– Вот оно как, – разочарованно пробормотал капитан.

– Моя жена умерла сразу после брачного обета. Может быть, когда-нибудь я смогу жениться. Только не сейчас.

– Понятно, – отмахнулся Мрланк. Ужасно некстати, но делать нечего. Раз обет произнесен, его надо держать хотя бы десяток лет. Это если дело не дошло до осуществления брака. А коли дошло – то на всю жизнь.

Пришедший вторым Анцелл подумал и осторожно поинтересовался:

– А я могу отказаться?

Мрланк вздохнул.

– Разумеется, можешь. Не хватало еще через силу жениться.

– Ну, – он помялся, – тогда откажусь. Эйзза миленькая, хирра Мрланк, но я ее не хочу. Мне другие нравятся.

Кранц заявил:

– Если только прикажете, хирра Мрланк. Надо мной все будут смеяться. Скажут, что сам не умею детей делать, помощь требуется.

– А ты говори, что это твой ребенок, – посоветовал Мрланк.

– Ну да, – возразил Кранц. – Я белый, и Эйзза белая, а ребенок-то от темного темным будет. Соседи со смеху помрут. Не хочу я быть посмешищем, хирра Мрланк. Вы, конечно, можете приказать…

Мрланк снова вздохнул. Может приказать, и Кранц подчинится. И Анцеллу мог бы приказать. Но что потом? Никто в таком браке счастливее не станет.

И Кранц верно подметил, темный ребенок Эйззы при муже-сумеречнике не оставит никаких сомнений в том, что мужу помогли. Кетреййи во многом тупят, но в этих вещах, как назло, въедливы. А родится темный, не иначе – так всегда бывает, если хоть один из родителей имеет пигмент. Оба сына Мрланка смуглые, в Айцтрану. Получается, искать Эйззе мужа среди Селдхреди бессмысленно.

Эйзза сидела в каюте на том же месте, где он ее оставил, и молча плакала.

– Ну что ты? – он укоризненно покачал головой. – Глаза проплачешь, станут маленькими и некрасивыми.

Она охнула и заревела уже в голос.

– Эйзза, ну не плачь ты, – он сел рядом и обнял ее. – Все будет хорошо, вот увидишь.

– Правда? – она с надеждой заглянула ему в лицо.

– Точно тебе говорю, – он был в этом абсолютно не уверен, но сказать правду – значит, вызвать новый водопад слез. – Кончай рыдать и ложись-ка спать, поздно уже.

Он отогнул уголок одеяла и приглашающе мотнул головой. Эйзза слегка оживилась:

– Прямо здесь? Вы меня не прогоните?

И надо бы: незачем беременной спать с шитанн, ей бы у мужа под боком греться, а если нет, то тихо и спокойно отдыхать в собственной кровати. Надо бы, но как остаться одному?

– Как я тебя прогоню-то? – огрызнулся он грубовато. – Разве что сама уйдешь.

– Я не уйду, – она решительно хлюпнула носом и, вцепившись в его руку, чтоб никуда не делся, через пару минут заснула.

– Вне сомнений, господин Ртхинн, вы снискали симпатии телезрителей, – с обычной полуулыбкой промолвила Салима, на сей раз в оливковом платке. – Вы очень фотогеничны.

И ни слова – о сути его выступления. Хотя то, что она не стала его высмеивать, обнадеживает.

– Итак, если помните, мы закончили на поводе к войне. Что вы решили?

– Провокация, – нехотя предложил Ртхинн. Мысль старая, но лучшей нет. – Мы можем замаскировать линкор под гъдеанский эсминец и напасть на ваш крейсер близ Нлакиса.

– Идея неплохая, – отозвалась Салима. – Вы, безусловно, отдаете себе отчет, что линкор, сыграв свою роль, при этом погибнет?

– Нам хотелось бы избежать невосполнимых потерь, – возразил Ртхинн. – В данный момент у нас на ходу один линкор – думаю, для вас это не тайна. Потерять его – это потерять весь ГС-флот.

Ртхинн не имел ничего против того, чтобы раздолбать корабль Мрланка в пыль. Если бы у Рая был еще хоть какой-нибудь корабль, кроме этого.

– А что же вы хотели, господин Ртхинн? – равнодушное удивление; ей удалось совместить совершенно несовместимые выражения. – Наш крейсер, разумеется, ответит на атаку, и в бою один на один шансов выжить хоть у линкора, хоть у эсминца не будет. Если он, конечно, не сдастся. Но сдаться он не сможет себе позволить: ведь тогда станет ясно, что это вовсе не эсминец, и в нем не гъдеане. Провокация не удастся, ваша миссия потерпит крах, земляне еще на несколько веков уверятся в том, что шитанн – обманщики и с ними нельзя иметь дело.