На зеленовато-сером фоне земной поверхности отчетливо виднелись рукотворным созвездием россыпи огней на Запорожской АЭС. Украинскому спецназу (хоть большинство украинцев и являлись уроженцами Канады и США – потомками бежавших из СССР бандеровцев) было необходимо преодолеть по воздуху чуть более двух с половиной километров, пролетев над Каховским водохранилищем. Парашюты-крылья позволяли преодолеть и гораздо большее расстояние, например, совсем недавно на вооружении спецназа США поступили планирующие системы, способные пролететь 47 километров при высоте выброски 7400 метров. Но инструкторы НАТО, готовившие эту операцию, решили все же перестраховаться. Далее – приземление на точность, которую обеспечивал выброшенный заранее нужным человеком инфракрасный маяк, и молниеносный штурм самой атомной электростанции. А назавтра планировался визит на ЗАЭС представителей МАГАТЭ и комиссии Евросоюза по ядерной безопасности. Они бы засвидетельствовали украинскую юрисдикцию ключевого энергетического объекта в Европе. А «сопутствующие потери»… Да кого они вообще волнуют – это же русские! Как говорится, их бабы еще нарожают…
– Командир, у меня какая-то сигнатура непонятная, на пределе чувствительности тепловизора, посмотри!.. – повернул голову Дима Игрок. – На удалении полутора километров, высота – 1100… Вектор – на АЭС.
– Да, точно, подтверждаю. – Макс внимательно вгляделся в экран тепловизионного прицела.
– Двигаются, как-то странно: парят с потерей высоты и их много. Может, это и есть тот самый «умный рой», о котором ты мне говорил?..
Макс пытался быстро сообразить, сложить воедино все мелкие детали мозаики. Но все же что-то неуловимо ускользало от его внимания… Нечто очень важное.
– Нет! Это парашютный десант! – Верная мысль пришла вспышкой, словно озарение. – Срочно сообщи на станцию: боевая тревога! Всем средствам обороны – готовность «ноль».
На массивном восьмиколесном военном грузовике развернулся боевой модуль командирского «Панциря-СМ», отслеживая медленно спускающиеся цели оптико-локационной станцией обнаружения. Ракеты против них были абсолютно бесполезны, а вот спаренные 30‑миллиметровые скорострельные пушки…
– Огонь!
Собственно, вот и все.
На «Панцире-СМ» размещалось 1404 снаряда для двух спаренных зенитных автоматов. При сумасшедшем суммарном темпе стрельбы в 5000 выстрелов в минуту это примерно три-четыре двухсекундные очереди. По приказу Макса темные небеса озарились яркими росчерками трассеров, снаряды взрывались в воздухе, и осколки рвали человеческую плоть с такой же легкостью, что и ткань парашютов.
Но даже не это главное. Капитан Полевой поднял тревогу на атомной станции, и теперь все силы обороны готовились к отражению атаки. Фактор внезапности и скрытность, на которые делали ставку украинские спецназовцы и их кураторы из НАТО, оказался полностью утерян.
Тех, кого не разорвало в клочья снарядами и пулями, кто не рухнул с высоты нескольких сотен метров в обрывках собственного парашюта, как говорится, взяли «тепленькими».
Но после, как отметил Макс, об этом инциденте в официальных информационных источниках осталась лишь весьма скупая информация. Да, украинский десант скрытно попытался захватить Запорожскую атомную станцию накануне визита международной комиссии. Расчет украинских спецслужб строился на признании юрисдикции Киева над ЗАЭС, но четкие и слаженные действия войск Русской коалиции позволили предотвратить захват стратегически важного объекта атомной энергетики.
Зато, как намекнул Максу полковник Филимонов, высшее командование оценило важность события и уже готовит наградные листы. А пленные украинские спецназовцы и сам факт скрытной атаки на Запорожскую АЭС станут весомым доводом в сложном и многогранном политическом противостоянии России и Запада.
А сам Федор Дмитриевич решил сделать отличившимся расчетам «Панцирей-СМ» неординарный подарок, или скорее поощрение. Полковник все-таки договорился об экскурсии на АЭС для офицеров-зенитчиков. Как он сам заметил – и сам с детства мечтал о таком.
– Нужно было окончить военное училище, после – академию, отслужить в армии без малого лет сорок, пройти все ступени и звания карьеры, чтобы осуществить давнюю детскую мечту, – не без легкой иронии отметил капитан Полевой.
– Представьте себе, товарищ командир зенитной батареи! – усмехнулся в ответ Федор Дмитриевич.
