— Мы по-прежнему принимаем частные сообщения, предназначенные для пересылки по каналу «Земля — Венера» в оба конца — при условии цензуры и возможного изменения текста. Но гарантировать, что ваше сообщение будет передано с Терры на Марс, мы не можем. Если бы у вас был на Земле человек, который мог бы оплатить вторую пересылку…
— Боюсь, это невозможно.
— Впрочем, это может и не иметь значения. Вряд ли Земля стала бы передавать вашу радиограмму, даже согласись кто-нибудь оплатить счет. Цензор Федерации может наложить запрет. Так что давайте мне текст, и я его зарегистрирую. Оплатите потом. — Девушка прочитала сообщение. — Да, пожалуй, вы влипли. Сколько вам лет… — она еще раз посмотрела на бланк, — Дон Харви?
Дон ответил.
— Хм-м… А выглядите вы старше. Я старше вас; похоже, мне придется стать для вас бабушкой. Если потребуется совет, заходите к нам и спросите бабушку Изобел. Изобел Костелло.
— Спасибо вам, Изобел.
— Ну что вы. Это обычная услуга, предоставляемая ИТТ, — девушка улыбнулась. Дон почувствовал легкое смущение.
Банк располагался почти в самом центре острова — Дон запомнил, когда проходил мимо. На стекле была вывеска: «БАНК АМЕРИКИ И ГОНКОНГА». Надпись была заклеена пластиковой лентой, а внизу было выведено белилами: «НЬЮ-ЛОНДОНСКАЯ ТРАСТОВАЯ И ИНВЕСТИЦИОННАЯ КОМПАНИЯ». Дон вошел внутрь, встал в самую короткую очередь, и уже через несколько минут выкладывал свою просьбу. Кассир указал большим пальцем на стол, который стоял за барьером:
— Туда.
За столом сидел пожилой китаец в длинном черном халате. Дон подошел поближе, китаец поднялся на ноги, поклонился и спросил:
— Чем могу быть полезен, сэр?
Дон объяснил, чего хочет, и положил на стол банкира пачку купюр. Китаец, не прикасаясь к деньгам, осмотрел их и ответил:
— Прошу прощения, но…
— Что такое?
— Вы пропустили срок законного обмена денег Федерации на валюту республики.
— Но я не мог раньше! Я только что прилетел!
— Очень жаль. Но правила составляю не я.
— И что же мне делать?
Банкир на мгновение смежил веки.
— В этом несовершенном мире всем нужны деньги. Вы можете что-нибудь оставить в залог?
— Нет. Кажется, нет. У меня только одежда, да вот еще эти сумки.
— Какие-нибудь драгоценности?
— У меня есть кольцо, но, наверно, оно недорого стоит.
— Дайте посмотреть.
Дон вытащил кольцо, присланное ему доктором Джефферсоном, и протянул старику. Китаец надел часовую лупу и осмотрел кольцо.
— Боюсь, вы правы. Это даже не янтарь — простой пластик. И все же пусть оно будет символом залога — обязательство честного человека надежнее всяких цепей. Я дам под это
Дон взял у него кольцо обратно и на мгновение заколебался.
Должно быть, оно не стоило и десятой части того, что давал старик… Да еще желудок настойчиво давал о себе знать. И все же мать потратила по меньшей мере вдвое больше, чтобы быть уверенной, что кольцо (или бумага, в которую оно было завернуто, — поправил себя Дон) дойдет до него, да и гибель доктора Джефферсона как-то связана с этой безделкой.
Он надел кольцо на палец.
— Это было бы нечестно. Уж лучше я поищу работу.
— У вас есть гордость. В любом молодом и растущем городе всегда можно найти занятие; желаю вам удачи. Найдете работу — приходите, и мы откроем кредит под ваши будущие заработки. — Банкир покопался в складках своего халата и извлек оттуда бумажку в один кредит. — Сначала поешьте, решения лучше принимать на сытый желудок. Окажите мне честь принять эти деньги как подарок человеку, впервые переступившему порог нашего банка.
Гордость его ответила «нет», но желудок кричал «да!». Дон взял кредит и сказал:
— Спасибо! Это так любезно с вашей стороны! Я отдам его при первой возможности.
— Лучше передайте его тому ближнему, который больше всего будет нуждаться.
Банкир нажал на столе кнопку и поднялся на ноги.
Дон еще раз поблагодарил его и ушел.
У дверей банка болтался какой-то человек. Пропустив Дона немного вперед, он пошел следом. Занятый своими мыслями, Дон не обратил на него внимания. Постепенно в Дона начинало закрадываться подозрение, что почва уходит у него из-под ног, прежний его мир рухнул, и возврата назад нет. Всю жизнь он прожил в безопасности. Ему и в голову ни разу не приходило, с каким трудом большинство людей поддерживают свое существование, иногда выигрывая, но чаще проигрывая — и умирая. Но никогда не прекращая борьбы. Пройдя по грязной улице сотню ярдов, Дон слегка воспрянул духом и попытался оценить положение. Сейчас у него нет возможности сообщить о себе родителям, и дело тут даже не в двух неделях ожидания — просто он оказался на мели и не может заплатить по высшему тарифу.
Без денег, голодный, без крыши над головой… ни друзей, ни даже знакомых… — если не считать Сэра Исаака, но его приятель* дракон мог оказаться где угодно, хоть на другой стороне планеты. Уж во всяком случае, не так близко, чтобы с его помощью решать проблему яичницы с ветчиной!
