«Ну что же, если уж совсем не повезёт, то посмотрю повтор игры», – решил для себя преданный фанат «Тигров», в глубине души всё же надеясь успеть хотя бы на конец важного матча.
Ральф сидел на лавке без спинки, перелистывал свежий выпуск «Нэшэнел Джиогрэфик», и ему даже в голову не могло прийти, что успей он на ускользнувшую электричку, на начало игры он бы всё равно не успел. Не добрался бы он домой и ни к третьей, и ни к последней четверти матча. Заскочи он вместе с молодым щёголем в открытую дверь состава, Ральф вообще никогда бы не вернулся домой!
Наш невезучий герой не мог знать и того, что вагоны электрички, которые пару минут назад исчезли во мраке подземного туннеля, вовсе не были вагонами. А если бы нашему очень начитанному и грамотному биологу кто-нибудь заявил, что только что у него на глазах сотни пассажиров заскочили в брюхо гигантскому червю, то Ральф бы подумал о таком человеке то же самое, что и каждый из нас.
И тем не менее никакой электрички не было, а как бы невероятно это не звучало, набив своё брюхо сотней двуногих, несколько минут назад в туннеле исчез гигантский червь: огромное, ненасытное существо, которое живёт глубоко под землёй и в разных своих личинах то и дело поднимается на поверхность. Обладающее способностью к мгновенной мимикрии беспозвоночное запросто принимало форму моста или подземного туннеля, русла высохшей реки или фасада трёхэтажного дома. И горе тому, кто оказывался рядом! Червь был всегда голоден и не особенно различал между стадом пасущихся коров, гружёным грузовиком или роскошной виллой на берегу океана. Всё проваливалось в бездонное брюхо, которое за прошедшие столетия стало последней станцией и для несметного множества людей.
Предстать в виде подземной электрички и позволить глупым двуногим самим запрыгнуть к себе в живот было проще простого, ну а тем, кто не успел заскочить в этот раз, не стоит расслабляться: червь может их подкараулить в другом месте и в другое время.
Следующая электричка, которая по расписанию должна была подойти через 30 минут, открыла свои двери для пассажиров только через час с четвертью. Перед этим гнусавый голос то и дело объявлял по громкоговорителю: «В связи с техническими неполадками движение поездов осуществляется с задержкой. Просим прощения за неудобства».
«Апперкот и нокаут! – подумал про свою Невезуху Ральф и устало улыбнулся. – Сегодня ты на высоте!».
Неудачливый болельщик вернулся домой уже после окончания матча. «Одноглазые Тигры» победили, что не могло не порадовать Ральфа. Однако радость была тусклой. Узнать счёт в матче это совсем не то же самое, что прожить важную игру вместе с любимой командой.
«Ну что же, значит остаётся повтор», – подумал Ральф, высыпал в стеклянную посудину большую пачку чипсов и уткнулся в телевизор. По каналу «Невероятное – рядом» шла передача про гигантов животного мира.
Ральф и бабочка Андакур.
– Ральф, придётся вам отправиться на Заячий остров, – сказал мистер Вольфф, когда самый крупный сотрудник музея появился у него в кабинете, – Жанна никак не сможет принять участие в экспедиции. У неё какие-то проблемы в семье.
У Жанны, которой Ральф симпатизировал больше всех из сослуживцев, была очень проблемная семья. Как минимум один раз в месяц в ней возникали разного рода осложнения, и Жанна, как оплот и несущая колонна своей фамилии, бросалась на их устранение. Вечная схватка с семейными проблемами оставила тяжёлый отпечаток на лице Жанны, и, глядя на него, трудно было поверить, что эта плотная женщина с пудовыми кулаками занимается изучением островных грызунов.
Именно она и мадам Дуро должны были отправиться на симпозиум в Мельбурне, а на обратном пути на несколько дней остановиться на Заячьем острове, что в двух сотнях миль от австралийского материка.
Разговоры о симпозиуме велись в родном музее уже давно, и так как состав делегации из двух человек был утверждён практически сразу после приглашения, то Ральфу приходилось только вздыхать и завидовать Жанне и мадам Дуро.
Ральф с таким бы удовольствием отправился на симпозиум, и с ещё большей радостью и трепетом на загадочный остров, что готов был бы променять на поездку свой отпуск на следующие пять лет. Ведь именно на Заячьем и на соседних островах обитала бабочка Андакур, редчайший представитель чешуекрылых, об экспонатах которой мечтает каждый музей естествознания.
Ральф знал об этой бабочке практически всё, начиная от названия насекомого на большинстве языков мира и заканчивая анатомическими особенностями крохотного тельца. Посещение мест естественного обитания бабочки Андакур страстный энтомолог рассматривал как священный долг или паломничество к святым местам. И вот, как назло, возможность посетить Заячий остров мелькнула и, миновав Ральфа, досталась Жанне и мадам Дуро. А, собственно говоря, чего Ральф ожидал? Невезение это не только разлитое на брюки молоко и проглоченный вместе с яблоком червяк.
