Алек, стоя на крыше, смотрел на горизонт, наблюдая за всполохами огня на фоне ночного неба. Страшная картина.…Где-то внизу уткнувшись в подушку, отчаянно рыдала Алина, около нее, опустившись на колени, всхлипывала Тина, беспомощно привалившись плечом к стулу и сквозь слезы умоляя хозяйку выпить успокаивающий отвар.
Алек не мог плакать, хотя грудь его словно сжали каменными тисками, так что даже дыхание стало хриплым и прерывистым. Сжав кулаки, он поднял взгляд к небу.
– Алета… – выдохнул хрипло и захлебнулся ночным воздухом. Он не верил, не хотел верить в ее гибель, хотя голос разума холодно утверждал обратное, приводя веские доводы. Алек не мог смириться с этим. Только теперь он понял, осознал, что по-настоящему любит Алету, что это его чувство совсем не похоже на его прежние влюбленности, что он с радостью сейчас расстался бы со своей жизнью, лишь бы узнать, что она жива…
– Нет, Алета, – проговорил он. – Ты не можешь теперь уйти, забрав мое сердце.…Вернись, прошу тебя.…Умоляю, выживи…Я,…если ты захочешь, я уеду отсюда, только живи…только вернись домой…вернись, слышишь?
Из его груди вырвалось глухое рыдание, и Алек упал на колени, не заметив боли в расшибленной ладони, слишком сильна была боль в душе…
Алета открыла глаза. Она не могла бы сказать точно, сколько пробыла в забытьи, но знала, что недолго. Но огонь уже подобрался совсем близко. Девушка резко вскочила на ноги. Стена дыма, казалось, стала еще чернее. Нет, она не станет ждать смерти здесь. Беверли не сдаются без борьбы, этот девиз снова молотом застучал в голове. Она просто обязана хотя бы попытаться использовать этот последний шанс.
Больше девушка не медлила ни секунды. Вдохнув поглубже, она бросилась в эту черноту, словно в омут с головой. Если из этого кошмара и был выход, то только там, за этой черной горячей стеной.…Только бы хватило сил!
Убитая горем Алина сидела в кресле, обхватив голову руками. Она уже не могла плакать, только судорожно всхлипывала, раскачиваясь из стороны в сторону.
Алек, не пытаясь ее успокоить, одну за другой курил сигареты. Тина принесла кофе, тайком вытирая слезы, поставила поднос на столик и ушла. Внезапно зазвонил телефон, и Алек быстро взял трубку.
– Да?…Да, заказывал переговоры с Атлантой.…Слушаю…Арина? Это Алек. Я хочу, чтобы ты приехала на ранчо как можно быстрее.…Был пожар, и Алета…она пропала…Джейк сказал, что видел, как на нее…упал горящий тополь.…Приезжай, я встречу тебя в городе.
Алек положил трубку и взглянул на Алину, которая снова зарыдала, услышав его слова. Он налил кофе и подал ей чашку.
– Выпей, Алина. Это немного ободрит тебя.
Она отрешенно пожала плечами, но послушно принялась пить кофе.
– Держись, девочка, – прошептал он, погладив ее по руке. – Мы должны надеяться на лучшее.
– Ты найдешь ее? – подняла на него потерянный взгляд Алина. – Обещай, что найдешь ее, даже если…
Она не договорила, но Алек понял и кивнул.
– Обещаю. Я найду ее, несмотря ни на что.
…Кашляя и почти теряя сознание Алета вдруг почувствовала, что ступила в воду. Было уже совсем темно, а из-за дыма она не видела даже неба. Но девушка поняла. Что сумела добраться до озера. Она торопливо вошла в воду, теплую, как парное молоко, и поплыла наугад. Она знала, что где-то посреди широкого озера есть песчаная отмель, недоступная для любого пожара.
Силы были на исходе, но Алета решила, что не позволит себе утонуть, раз уж сумела убежать от пожара.… «Было бы глупо утонуть в озере, которое уже давно знаешь вдоль и поперек», – подумала она и немного расслабилась, чтобы отдышаться.
Через десять минут она нащупала ногой дно, ползком выбралась на берег и, обессилев, легла прямо на камни, перевернувшись на спину.
Над головой ее проплывали клубы дыма, было темно, но иногда сквозь дым мелькали звезды, бисером усеявшие огромное покрывало ночного неба. Алета поняла, что и на этот раз победа осталась за ней, несмотря на все случившееся, она сумела выжить, а значит победить.
На следующий вечер Кэйд остался на «Магнолии». Он был просто не в силах уехать, особенно зная, как тяжело сейчас его другу и его любимой. Впрочем, он и сам переживал не меньше них.
Сейчас Алек и Кэйд тихо разговаривали, стоя на террасе. Алек курил сигарету за сигаретой, мрачно глядя в темноту, которая теперь, после пожара, казалась еще непроглядней. Кэйд изредка бросал взгляды в ярко освещенную гостиную, где, привалившись друг к другу, горько плакали сестры. Он вспомнил боль, пронзившую его сердце, когда сегодня он увидел опустошенное горем лицо Арины. Кэйд вдруг понял, каково сейчас Алеку, и решил, что сам вряд ли смог бы выдержать такое.
– Ты держись, Алек, – тихо проговорил он. Алек яростно отбросил очередной окурок.
– Это сложно, – хриплым голосом ответил он, снова закуривая.
– Знаю. Но ты должен. Это ранчо теперь в твоих руках, и ты должен оправдать выбор Алеты. Она доверила его тебе.
– Это был не ее выбор.
– Что ты имеешь в виду? – опешил Кэйд.
– Это я выбрал ее. Она…она не хотела выходить за меня, но…я заставил ее согласиться.
Кэйд покачал головой.
