В летописях Игоря называют Старый, к моменту смерти было ему 67 лет, если верно, что Олег, заняв Псков, в 883 году обручил малолетнего
Дальше в ПВЛ говорится о страшной тройной мести княгини и трогательной истории, как четырех летний Святослав бросает своё копьецо, начиная битву, «и сказали Свенельд и Асмуд: «Князь уже начал; последуем, дружина, за князем».
Серьезные историки, начиная с Карамзина, не принимали за правду эти басни о мести с бродячими сюжетами о том, что горящие птицы будто бы летят в своё гнездо.
Коростень, стоящий на красной гранитной скале остался целёшенек и служил резиденцией древлянскому князю Олегу, сыну Святослава. Но как бы там ни было, древлян привели к покорности и «возложили на них тяжкую дань».
Женское правление пошло Руси на пользу, Ольга отменила разорительное «полюдье» устанавливая повсюду погосты — места для сбора твердой дани и налогов.
В конце лета 955 года княгиня Ольга со свитой прибыла в Константинополь. Встречали её с помпой, устроили торжественный прием у императора, на роскошном пиру русская княгиня сидела за одним столом с царской четой — Константином Багрянородным и Еленой. В другом зале были накрыты и столы для её свиты — 68 мужчин (бояре, купцы и воины) и 35 женщин. У Нестора написано, что к пожилой княгине будто бы посватался сам император Константин — философ-затворник и верный муж своей Елены, ещё и незадолго до смерти, очередная ложь.
Греки вовсю пускали пыль в глаза применяя обычные приёмы, чтобы поразить простодушных варваров — пышность и великолепие царского дворца, золотые рыкающие львы, поющие золотые птицы на золотых же деревьях и гвоздь программы — посещение храма Святой Софии. Всё это закономерно произвело ошеломляющее и неизгладимое впечатление на россов. Русская княгиня приняла святое крещение, её восприемником стал сам император. Княжеская свита также крестилась.
Святослава некоторые называют последним варягом, воспитывали его бывалые скандинавские воины — кормилец (дядька) Асмуд, и воевода Свенельд.
«Когда Святослав вырос и возмужал, стал он собирать много воинов храбрых, и быстрым был, словно пардус, и много воевал. В походах же не возил за собой ни возов, ни котлов, не варил мяса, но тонко нарезав дичину, зажарив на углях, так ел; не имел он шатра, но спал, постилая потник с седлом в головах — такими же были все остальные его воины. И посылал в иные земли со словами: «Хочу на вы идти». Прошу прощения за широко известную цитату, но этот отрывок очень важен. Он показывает начало формирования дружины нового типа — конной, высоко мобильной, на этот процесс наверняка повлияли и пришедшие с востока кочевники. Вспомните его облик — длинные усы, бритый подбородок и голова с оставленным оселедцем, серьга в ухе — это всё степной обычай.
Пришло время «отмстить неразумным хазарам», летом 964 года Святослав с отборной дружиной отправился в поход знакомой водной дорогой. Сначала руссы поднялись по Днепру и в его верховьях перетащили ладьи в Волгу, затем по ней добрались до столицы хазар — Итиля. Союзниками Святослава выступили кочевники — печенеги и гузы, обложившие город с запада и востока.
«Столица Хазарии располагалась на огромном острове (19 км. в ширину), образованные двумя протоками Волги и Ахтубы. В городе стояли каменные синагога и дворец царя, богатые деревянные дома купцов-рахдонитов. Была и каменная мечеть» (Л. Н. Гумилев).
Еврейской верхушке бежать было некуда и они вышли со своим каганом сражаться и были разбиты Святославом наголову. Как в песне: «Так громче музыка, играй победу! Мы победили и враг бежит!» Немногие уцелевшие бежали к Тереку и спрятались в Дагестане.
Вслед за ними пришло и войско руссов, на Тереке стоял другой крупный хазарский город с каменной цитаделью — Семендер. Он также был разгромлен Святославом. Забрав у местных лошадей. волов и телеги его воины прямой дорогой через Дон тронулись на Русь, по пути захватив и крепость построенную для хазар греками — Саркел, будущую Белую Вежу.
Хазарии был нанесен смертельный удар, от которого она уже не оправилась никогда.
В нижнем течении Дона и на Кубани Святослав по ПВЛ покорил живших там ясов и касогов, а 966 году наложил дань и на вятичей.
В следующем году василевс Никифор Фока ища союзников в войне с Болгарией отправил в Киев посольство патрикия Калокира. Предложение военного союза было подкреплено 15 кентариями золота — больше 450 кг., на эти деньги можно было нанять двадцати тысячное войско.
О первом этапе войны с Болгарией у меня написано в статье о Византии.