2 августа ромеи отправили аварам посланцев с многочисленными дарами, каган же предложил жителям покинуть город, забрав из вещей только по одному хитону. В лагере они наткнулись на персидских послов Шахрвараза, обсуждавших свои действия с кочевниками.
Утром 4 августа славяне на моноскилах (однодеревках) пытались переправиться через Босфор, чтобы принять трехтысячный персидский десант, но были потоплены и перебиты византийским флотом, тогда же погибли и возвращавшиеся персидские посланники. Летописцы отмечают, что среди выброшенных на берег утонувших славян было много женских трупов.
Два следующих дня и ночи продолжались обстрелы и локальные стычки у стен города.
7 августа авары и славяне предприняли совместный штурм с суши и с моря, и те и другие были отражены с огромными потерями. Особенно пострадал морской десант, тяжеловооруженные авары камнем шли ко дну, "весь залив заполнился мертвыми телами и пустыми моноскилами", спасшихся славян перебили по приказу раздосадованного кагана. Вообще, эти кочевники относились к славянам, как к расходному материалу. Осада Константинополя была пиком могущества аваров, неудача привела к их быстрому упадку в результате восстания булгар и славянских племен, сначала в Моравии, а затем и на Балканах.
На следующий день каган отвел войска, приказав поджечь осадные орудия и многочисленные припасы. Поднялся такой дым, что стоящие напротив пролива персы думали, что горит Константинополь.
Чудесное спасение города приписали вмешательству Богородицы.
РАЗГРОМ ЗАКАВКАЗЬЯ
В 626 году Ираклий заключил союз с ханом западных тюрок распавшегося каганата. Весной следующего года он разделил своё войско на две части, одну с братом отправил очищать от персов Малую Азию, а во главе второй вторгся в Лазику, так греки называли грузинское царство Эгриси. Сорокатысячное союзное войско тюрков Джебу-кагана, большую часть которого составляли хазары, атаковало персидский Дербент, уже отражавший ранее вторжение тюркютов. Город представлял собой мощнейшую крепость. Его двадцатиметровые стены, сложенные из массивных каменных плит, усиленные тридцатью башнями, протянулись на сорок километров от неприступных гор до Каспийского моря, уходя вглубь его вод. Трое ворот были из толстого железа.
Правда, персидский гарнизон состоял всего из сотни всадников, и стены защищало местное ополчение. Об осаде крепости писал армянский историк Мовсес Каланкатваци: " Гайшах (персидский наместник) видел, что произошло с защитниками великого города Чора (Дербента)… на дивных стенах, для построения которых цари персидские изнуряли страну нашу… При виде страшной опасности со стороны безобразной, гнусной, широколицей толпы, которая в образе женщин с распущенными волосами устремилась на них, содрогание овладело жителями; особенно при виде метких стрелков, которые как бы сильным градом одождили их и, как хищные волки, потерявшие стыд, бросились на них и беспощадно перерезали на улицах и площадях города… не щадя ни прекрасных, ни милых…, не оставляя в покое даже негодных, изувеченных и старых…
Как огонь проникает в тростник, так входили они в одни ворота и выходили в другие, оставив там деяния хищных зверей и птиц".
Падение считавшейся неприступной крепости вызвало панику во всей Агвании (Дагестан и Азербайджан). Захватив Дербент, войска Джебу-кагана вторглись в Кавказскую Албанию, другую провинцию Сасанидского Ирана. Возглавлявший её наместник, узнав о мощи врагов, сбежал в Персию, следом за ним столицу провинции Партаву покинули и жители. Разграбив город и захватив в плен часть бежавшего в горы населения, хазары осадили "изнеженный, торговый, славный и великий Тифлис (Тбилиси)". Оборону города возглавил эристав Стефанос из древнего рода Багратиони, персы успели перебросить ему тысячу гвардейской шахской конницы под командой Шаркага.
Вскоре туда подошла и армия Ираклия. Из уважения Джебу-каган сошел с коня, преклонил голову и поцеловал императора в плечо, Ираклий обнял кагана и возложил на его голову корону, назвав Джебу сыном. Затем состоялся пир, на котором тюркская и хазарская знать получила богатые подарки, Ираклий пообещал отдать за кагана свою дочь Ирину.
Но двухмесячная осада города, несмотря на усилия византийских инженеров, построивших осадные орудия и изменивших течение Куры, чтобы разрушить стены, закончилась неудачей.
Ираклий торопился продолжить поход вглубь Персии и предложил кагану снять осаду.
Увидев, что союзные войска собираются уходить, ликующие защитники Тбилиси вытащили на стены чучело кагана с головою из тыквы, с карикатурно узкими глазами и жидкими усами, крича хазарам: "Вот он, ваш царь-государь, кланяйтесь ему!" А затем стали колоть эту гигантскую тыкву копьями. Императора же они называли "козлом", намекая на кровосмесительную связь с племянницей. Ираклий неожиданно развеселился, он вспомнил библейское пророчество Даниила, что "косматый козёл — царь Греции сокрушит Овна — царя Мидийского и Персидского".