Многочисленные персидские войны шестого века имели свою предысторию. В начале пятого века в Константинополе правил Аркадий, сын Феодосия Великого, окончательно разделившего империю на западную и восточные части. Этот август Востока, слабый правитель и больной человек, опасаясь за судьбу своего малолетнего сына Феодосия (401 года рождения), объявил в завещании его опекуном "известного своим великодушием" персидского шаха Йезигерда (399 — 421 гг.). После скорой смерти Аркадия (408 год), шах, вместо того, чтобы напасть на слабых соседей, "проявил добродетель, достойную удивления и вечной памяти". Все время своего правления он хранил с римлянами нерушимый мир и "угрожал войной всякому, кто попытается устроить против Феодосия заговор".
Ухудшение же отношений с Персией началось из-за несоблюдения договора с сыном Йезигерда — легендарным шахом Ирана Варахраном (Бахрамом) V (421 — 438 гг.). Его благородный отец, сохранивший преемственность чужой династии, не сумел передать трон своим детям. Вельможи убили его старшего сына Шапура и возвели на престол представителя боковой линии Сасанидов Хосрова. Бахрам вернул власть, свергнув узурпатора, но не стал того убивать. По легенде, он предложил Хосрову взять корону сасанидских царей, положенную на трон между двумя львами. Хосров отказался, а Бахрам спокойно прошел мимо хищников и надел её. (В "Шахнаме" Фирдоуси он убивает львов палицей).
По этому договору Византия обязалась вносить плату за охрану Кавказских ворот (Дарьяльского ущелья) от вторжения диких племен, а также отказывалась возводить там свои укрепления. В первом веке н. э. это ущелье бурного Терека, находящееся на территории иранской Иберии (Грузии) было перегорожено высокой стеной с железными воротами. Из-за тогдашней слабости персов Византия решила не соблюдать соглашения.
Нарушение договора привело к войне 502 — 506 годов, прервавший период долгого мира на протяжении царства трех императоров (Маркиана, Льва и Зенона).
Ударную силу иранской армии составляла конница — тяжелая аристократическая и легкая стрелков из лука. Правда, в своем труде "Война с персами" Прокопий более высоко оценивает лучников-федератов восточно-римской армии. "Лук они поднимают до лба, а тетиву натягивают до правого уха, отчего стрела пускается с такой мощью, что всегда поражает того, в кого попадет, и ни щит, ни панцирь не может отвратить её стремительного удара… Они идут в сражение, одетые в панцирь, с поножами до колен, с правой стороны колчан со стрелами, с левой свешивается меч. Есть и копья, а за плечами, на ремне короткий, без рукоятки, щит. Они прекрасные наездники и могут без труда на полном скаку пускать стрелы в обе стороны"… "Стрелы персов летели чаще, поскольку все они стрелки, но луки у них мягкие и тетивы не туго натянуты, поэтому попадая в броню, шлем или щит они не могут причинить вреда. Римляне пускают стрелы медленнее, но луки их крепкие и туго натянуты, а люди более сильные".
О персидской пехоте Прокопий был невысокого мнения — "ибо вся их пехота — не что иное, как толпа несчастных крестьян, которые идут с войском, чтобы подкапывать стены, прислуживать воинам и снимать доспехи с убитых. Свои огромные щиты они выставляют, чтобы обороняться от стрел и копий".
Перед сражением часто проходили поединки, Прокопий описывает, как "вовсе не воин, а учитель гимнастики Андрей", человек исключительной силы, принял вызов и победил персов в двух единоборствах.
В битве под Дарой в Армении (531 год), Велизарий командовал двадцати пяти тысячной армией. Ожидая подхода более многочисленных врагов, он решил действовать от обороны. Перед крепостью вырыли подковообразный ров, защитивший пехоту. Персидская армия, с союзными арабами насчитывающая сорок тысяч человек, вскоре подошла с юга. Увидев возведенные укрепления, иранцы остановились в нерешительности, на второй день к ним присоединилось десятитысячное подкрепление и в середине третьего дня (когда у ромеев был обед) персы решились атаковать. После продолжительного обстрела из луков, первая линия иранцев ударила по левому флангу позиции Велизария. Не выдержав, ромеи начали отступление, но тут персидский фланг и тыл был атакован отрядом гуннов и тяжелой германской кавалерией из подготовленной заранее засады. Потеряв несколько тысяч человек, иранцы в беспорядке отступили к главным силам, ромеи их не преследовали. Командующий персидской армией перегруппировал своё построение, усилив левый фланг переводом туда большинства воинов второй линии и "бессмертных" ударной гвардии.