Когда в очередной заварухе Анастасия свергли с трона гото-греки фемы Опсикий, захватив столицу и устроив там страшную резню, друзья совместно выступили против нового узурпатора Феодосия, ставленника соперничавшей фемы.
В стране тем временем продолжались бедствия, болгары подошли к столице, арабы захватили Киликию и вторглись в провинцию Понт, брат халифа Хабиб ибн Маслама окружил и взял приступом Пергам. Феофан объясняет падение города святотатством его защитников; поддавшись внушению язычника, "они привели беременную женщину при самых родах её и разрубили (живот), потом извлекли из утробы плод, сварили его в горшке и в этой богомерзкой жертве все желавшие воевать, омочили свои перчатки с правой руки и за это были преданы во власть врагов".
Дипломатическими переговорами урегулировав вопрос с арабами, Лев сумел захватить в плен сына Феодосия с чиновниками двора. "Феодосий, узнавший о сих несчастьях и посоветовавшись с патриархом Германом и сенатом, взял честное слово от Леона на безопасность свою, таким образом вручил ему царство". Весной 717 года при поддержке "патриарха, сената и народа" Лев был избран императором. Он породнился со своим другом Артаваздом, отдав за него замуж дочь Анну. Узурпатор с сыном были пострижены в монахи и сосланы в Эфес.
Между тем над всем христианским миром нависла страшная угроза, пришедший к власти в 715 году халиф Сулейман поставил задачу не знавшим поражения воинам ислама захватить весь обитаемый мир. На побережье Сирии по приказу жестокого правителя готовился гигантский флот для покорения Константинополя.
Что это был за человек описано в арабских хрониках. Как-то раз Сулейман возвращался со своей свитой с хаджа и, проезжая с богомолья от святых мест мимо колонны из 400 пленных византийцев, предложил Абдаллаху, внуку Хасана ибн Али, отрубить одному пленному голову. Тот взял у охранника меч (на хадж ехали безоружными) и дрянным клинком сделал это одним ударом, перерубив ещё и железный ошейник. Восхищенный мастерством халиф приказал и другим спутникам, в том числе и поэтам, проверить свои силы в жестокой забаве над беззащитными пленными, возвращаясь после поклонения мусульманским святыням, смеясь и обидно пошучивая над неумехами придворными. В Иерусалиме Сулейман распорядился сжечь прокаженных, звоном своих колокольчиков мешавших ему спать (правда, его уговорили заменить сожжение высылкой).
АРАБСКОЕ ВТОРЖЕНИЕ
Летом 717 года войска Хабиба ибн Масламы переправились через Геллеспонт у Абидоса с помощью флота из 1800 судов. Сулейман предоставил в распоряжение брата лучшую армию, когда-либо собираемую арабами, по разным оценкам от 80 до 120 тысяч человек, шесть тысяч верблюдов и шесть тысяч мулов. В победе над неверными никто не сомневался, как сказал халиф "для правоверных нет врага, с которым можно было бы серьезно считаться". Самонадеянность арабов имела основания, непобедимые армии мусульман на западе завоевали Испанию, а на востоке глубоко вторглись в Среднюю Азию.
Захватывая города на побережье Мраморного моря, арабская армия быстро добралась до столицы. Часть войск Маслама оставил для прикрытия у Адрианополя, а с остальными осадил Константинополь с суши и моря. В августе состоялся первый штурм, отбитый с большими потерями для мусульман. Император Лев успел подготовить город к осаде, необходимые припасы доставили на склады, укрепления находились в хорошем состоянии. С болгарами был заключен военный союз, и они тревожили лагеря пришельцев частыми набегами.
В сентябре часть арабского флота попыталась пройти мимо города, чтобы заблокировать Босфор, "но царь послал против них огненные корабли из Акрополиса и с божьей помощью истребил их: одни из них, объятые огнем, разбросаны остались у приморских стен, другие потонули с людьми в глубине морской. 8 октября умер Сулейман, вождь их, и Омар сделался эмиром (халифом)" (Феофан). Больше в этом году серьёзных попыток штурма не было.
Наступившая зима выдалась небывало суровой, земля во Фракии была "покрыта оледеневшим снегом, так что у неприятеля передохло множество коней, верблюдов и ослов".
Весной следующего года Маслама возобновил натиск, его корабли ненастной ночью прорвались в Босфор и заблокировали пролив. Спустя месяц византийский флот застал арабские суда врасплох и уничтожил блокирующую эскадру. Высадившийся на азиатском берегу десант разбил мусульман у Халкедона.
К арабам подошли ещё два флота из Египта (400 и 360 судов) с продовольствием, оружием и припасами, опасаясь огненных дромонов, они укрылись в гаванях Вифинии. "Но разведка доложила точно" и по приказу Льва византийские корабли с огненными сифонами добрались и до них. Нападение увенчалось полным успехом — "одни суда стали жертвой пламени, другие посажены на мель, иные захвачены. Взяв добычу и припасы, наши с радостью возвратились" (Феофан Исповедник).
"Тогда возник великий голод между аравитянами, они пожирали всякую падаль. Говорят даже, что они ели трупы людей… Постигла их и смертоносная язва и бесчисленное множество погибло от неё".