Маранта бросила лишь один взгляд в ту сторону, откуда раздался этот голос и волосы встали у неё дыбом – она увидела окровавленного Зигмунда, тело которого прямо сквозь доспехи было прибито к столетнему дубу арбалетными болтами! Ханна тоже взглянула туда разок и тут же выстрелила. Какая-то, почти невидимая на фоне коры, тварь с длинным ножом свалилась с её стрелой в гортани, так и не успев перерезать рыцарю горло.
Маранта приготовилась было к повороту, но король и не думал слушать своего распятого командора Гвардии. Лоргин наоборот пришпорил коня и ринулся на лагерь, на полном скаку выхватывая свой длиннющий горский палаш. Обе воительницы и ещё пять гвардейцев, скакавших за ними, последовали за королём, обнажая оружие.
Насколько Лоргин оказался прав, стало ясно, когда за их спинами, неведомо откуда упала прочная, широкая сеть, натянутая между деревьями. Послушай они предостережение Зигмунда, думавшего, что основная ловушка в лагере – угодили бы сейчас в эту сеть и превратились бы в самую лёгкую мишень для слабейшего из противников.
Лоргин летел, как ураган, но его палаш лежал поперёк седла, в то время как группа воинов, стоявших на краю лагеря, стремительно приближалась. Маранта занесла саблю для удара… но не опустила её. Она поняла, в чём дело – это не были бандиты, переодетые в форму гвардейцев, это были сами гвардейцы… мёртвые, привязанные к рамам из жердей, чтобы сохранять вертикальное положение. Похоже, весь лагерь был фальшивкой. Или нет?
Мимо промелькнуло ещё несколько фигур гвардейцев и егерей. Всё, то же самое – мертвецы, привязанные к кольям. Но что же в палатках? Вылетев на середину лагеря, где было свободное пространство, король осадил коня, который загарцевал, недовольный, что его остановили посреди такого замечательного галопа!
Вокруг никого не было видно, похоже, лагерь был действительно пуст. Один из гвардейцев спешился, рванул полог ближайшей палатки и… поплатился жизнью – раздался сухой щелчок и воин упал навзничь с арбалетным болтом в груди. Ханна вскинула, было, лук – стрелять в ответ, но тут же опустила его. Стрелять было не в кого – в палатке, на высокой дубовой колоде был закреплён примитивный охотничий самострел из тех, которые браконьеры ставят на кабана или медведя.
Другой гвардеец решил поступить умнее – он взял одну из пик, что стояли меж палаток в пирамидах и поддел полог другой палатки наконечником. От взрыва, ахнувшего по ушам словно кувалдой, кони шарахнулись, едва не сбросив всадников. Жеребец короля налетел на палатку и запутался в ней, то взлетая на дыбы, то лягаясь. Маранта, сообразив, что сейчас может случиться что-то ужасное, пришпорила своего пегого и схватила королевского коня под уздцы, заставив его таким образом скакать рядом с собой.
Им всем повезло – и лошадям, и людям – только лишь копыта жеребца Лоргина вырвались из брезентовых пут, остатки смятой палатки вспыхнули и исчезли в красно-чёрном огненном шаре.
– Сжечь тут всё! – проревел король, пожав в качестве благодарности запястье Маранты. – Ты и ты пойдите и снимите командора с дерева. Вы двое – проверьте тут по опушкам, нет ли ещё чего необычного. Девочки, за мной!
Отдав такие распоряжения, король снова пришпорил коня и поскакал к противоположному концу псевдо лагеря, где снова начинался лес. Маранте всё это не нравилось. Теперь они неслись навстречу неведомому врагу, который уничтожил отряд гвардейцев и егерей, возглавляемый самим Зигмундом. Что они могут сделать втроём?
Нет, она беспокоилась не за себя. Вот уже десять лет в ней воспитывали устойчивое презрение к смерти, благодаря которому она вообще не испытывала страх в бою. Но что будет с Лоргиным, если они с Ханной погибнут? Это было самое страшное – не выполнить задание. Для "Сумеречных бойцов" это было страшнее соображений о потерянной чести, не говоря уже о самосохранении, задвинутом куда-то на задний план сознания.
Лесная чаща, видевшаяся издалека густой, здесь оказалась пересечена дорогой. Многочисленные следы конских копыт и повозок свидетельствовали о том, что весьма большое количество народа прошло недавно этим путём. Да, скоро они догонят эту банду размером с небольшую армию и тогда…
Хвост обоза они нагнали раньше, чем рассчитывали. За небольшим изгибом дороги вдруг показались всадники, которые остановились, чтобы посмотреть на приближающуюся со стороны оставленного лагеря троицу.
– Наёмники? – с удивлением произнесла Ханна и тут же выстрелила, потому что один из всадников вскинул в их сторону взведённый арбалет.
Не успел воин, закованный в чёрную броню наёмников опрокинуться на землю со стрелой в правой глазнице, остальные развернули коней и дали дёру! Их преследователи удвоили темп скачки, хоть, как минимум, двое из них сомневались в том, стоит ли догонять превосходящего числом противника, скачущего к тому же на свежих лошадях.
