Едва Лоргин со спутницами показались на краю балки, как в них полетели стрелы. Меткость у стреляющих была воистину овечья. С такого расстояния Ханна могла попасть в глаз бегущему во весь опор оленю, но из тех стрел, что полетели в их сторону, лишь одна достигла цели – оцарапала плечо королевского коня.
Лоргин вложил палаш в ножны, спрыгнул на землю и достал уже поработавший сегодня топор. Девушки последовали его примеру, на ходу обнажая оружие и готовясь к резне, которую эти "овцы" вполне заслужили. От вида короля в горском костюме, перекидывающего из руки в руку боевой топор, в толпе мерзавцев началась паника. В тесной балке не менее полутора сотен человек сгрудившиеся вокруг трёх повозок стали давить друг друга, залезая передним на плечи, падая, путаясь под ногами у мулов, лишь бы первыми не попасть под сверкающий топор Лоргина.
И тут случилось непредвиденное – полог заднего фургона откинулся и в открывшийся проём выглянул ружейный ствол! Наверно это был последний козырь тех, кто решил достать короля таким экзотическим способом.
Время для Маранты замедлилось, она сделала длинный прыжок вперёд и влево, чтобы оказаться между стрелком, сидящим в фургоне и королём. Единственное, что юная воительница успела сделать для себя это вскинуть саблю на уровень груди и развернуть её плашмя…
Грохот выстрела и удар в солнечное сплетение, сравнимый с тем, который наносит копыто лягающейся лошади, случились для неё одновременно. Воздух из лёгких вылетел, выбитый за один раз. Девушка тряпичной куклой отлетела в объятия короля и только успела увидеть, как мелькнули в воздухе обломки её сабли, разбитой пулей!
Но плохо было не это, а то, что сдвинулись пологи двух других фургонов и оттуда тоже показались стволы. Ханна стреляла, как бешеная, но её стрелы были страшны лишь для мечущихся в панике мерзавцев между фургонами. Те, кто укрывался внутри сидели за прочным двухслойным брезентом, в котором стрелы застревали не хуже чем в мишени из плотно увязанной соломы.
И тут Лоргин отбросил топор, бережно положил Маранту на землю, и в его руках появилось оружие, от одного вида которого, сознание, начавшее было покидать воительницу, тут же вернулось на место. Это были древние автоматические пистолеты крупного калибра, с перламутровыми рукоятками, богато украшенные золотой и серебряной насечкой.
Грохот, поднятый в следующую секунду этими карманными пушками, показался Маранте божественной музыкой. По-видимому, этим оружием Лоргин владел виртуозно – к воплям, избиваемых Ханной мародёров прибавились крики из фургонов. Но король был один, как минимум против пяти стрелков, и его мощный ответ ещё не означал победу.
Вдруг выстрелы загрохотали откуда-то сверху. Лоргин поднял голову, Маранта тоже взглянула вверх и увидела на краю оврага высокого человека в тёмно-зелёном егерском костюме, чёрной широкополой шляпе с золотой пряжкой и двумя большими револьверами в руках. То, как профессионально он разряжал своё оружие, целясь по тем же фургонам, выдавало в нём стрелка той же школы, что и Лоргин, возможно даже более искусного.
Слева и справа от этого неожиданного помощника стояли люди с луками и арбалетами, которые активно вносили свою лепту в уничтожение зажатой в овраге банды. Вскоре там, на ногах остались только перепуганные до полусмерти мулы. Тогда высокий красавец на краю оврага отсалютовал королю, (Лоргин совершенно серьёзно отсалютовал в ответ), белозубо улыбнулся, сверкнул на прощанье ярко-синими, как августовское небо, глазами и исчез вместе со своими спутниками.
– Кто это? – спросила Маранта у Ханны, когда король отправился осматривать место побоища.
– Это Золас, знаменитый бандит, – ответила лучница, со странным выражением глядя на то место, где только что стоял тот, кто так вовремя пришёл им на помощь.
– Почему они поздоровались, как приятели? – недоумевала Маранта.
– А вот об этом, детка, тебе лучше не знать, – отрезала Ханна, и раненая воительница, которой трудно было говорить, не стала переспрашивать.
Тема Золаса долгое время была запретной в Гвардии. Историю блудного "сына" короля Маранта узнала лишь несколько лет спустя, когда Золас считался погибшим в огне пылающего дворца Лоргина, а она сама носила под сердцем его ребёнка. А тогда…
Тогда они дожили до вечера, и Маранта получила сержантский чин, как и обещал король, а к нему в подарок красавицу скьявону – меч чем-то напоминающий горский палаш короля, но гораздо более лёгкий и упругий.
– Мара, Мара! Эй, постой! Хочешь посмотреть на новое приобретение Ханны? Да нет, не в том смысле… Просто она привела нового кадета и утверждает, что эта девчонка превосходит её в искусстве стрельбы. Ты такое от Ханны когда-нибудь слышала? Я – нет. Ну, давай, пойдём, интересно же!
