Я пробормотала её имя, но резкий поворот головы плюс новый удар в рёбра тут же оборвали любые дальнейшие комментарии. После чего она ушла, шагая через комнату к своему предполагаемому суженому, её движения прекрасно отточены, так что ни один из скрытых демонов не будет предан. Хотя я прекрасно понимала. Она бы никогда не позволила усыпить свою бдительность в общественном месте, так что для неё, позволившей мне стать свидетелем того короткого мгновения, как минимум, это означало, что одно сердце должно быть покалечено и, возможно, раздавлено. Но это труднее скрывать сестре, которая внезапно узнала, что в жизни Изабель случилось ужасное потрясение, и принять, что ничего нельзя сделать, кроме как просто поддержать, если это вообще то, что она ждала от меня.
Я уже собиралась последовать за ней, когда услышала:
— А, вот ты где, Эльза!
За моей спиной стоял отец, держащий в руках чашку дымящегося кофе.
— Несколько минут назад звонила твоя мать. Она была очень недовольна тем, что не смогла переговорить с тобой.
— Боюсь, что должно быть оставила свой телефон на вибрации, — я солгала. Я отправила её звонок прямиком на автоответчик. Я не достаточно выспалась и мало выпила кофе для разговора с ней.
Он буркнул, вероятно пожалев, что не сделал того же.
— Тебе стоит позвонить ей утром после встречи. Пусть и сестра присоединиться, так будет лучше всего. Она хочет обсудить что-то важное с вами обеими.
Вместе с нарастающим раздражением появилось чувство тревоги.
— Я пойду, потолкую с МС, пока всё не началось, а потом я быстренько встречусь со Скандинавским Советом, — сказал он мне, — но я хотел бы ввести тебя в курс пары ключевых моментов, — он бросил взгляд через мое плечо. — Изабель и Эйболенд — это тот союз, который я настроен поддерживать, Эльза.
Значит, всё-таки официально, хотела моя сестра этого или нет.
— Если она спросит твоё мнение о том, что ты думаешь о них как о паре, я знаю, что могу рассчитывать на тебя, ведь ты сделаешь то, что во благо семьи и Ваттенголдии, мм? Наши страны слишком давно и сильно отдалились друг от друга.
Если бы мы говорили за закрытыми дверями, то я, возможно, просто высказала бы своё истинное мнение, но мы были на виду, в окружении пэров, поэтому я просто склонила голову. Но, да. Не случится. Как не случится и тогда, когда моя мать заведёт этот разговор.
— Ты говорила с ним вчера вечером. Думаешь, его молчаливое согласие может стать проблемой?
Мои ноги словно одеревенели.
— Ты спрашиваешь, верю ли я в то, что Наследный Великий Герцог Эйболенда с охотой принимает участие в КРБ?
Отец добродушно усмехнулся, как будто знал, что не имело ни малейшего значения, так это было или нет, причём в отношении всех нас, если уж на то пошло.
— У меня нет сомнений в том, что этот мальчик сделает лучшее для своей страны, — он взял меня за руку и вывел за дверь. — Великая Княгиня так же благоволит этому союзу, как я.
И сейчас, когда нас никто не видел, я сказала:
— Мальчик? Он старше меня.
Это вызвало лишь нежное похлопывание по моему плечу.
— Если понадобится, поощряй его воспринимать твою сестру и Ваттенголдию в положительном ключе. Я уверен, тебе это будет не трудно, если, конечно, ты хочешь лучшего для нашего народа.
Никто не закатывает глаз, стоя перед монархом, даже если он — его отец. Но, боже правый, только если это не так сложно подавить.
Отец попивал кофе, внимательно всматриваясь в меня.
— Я договорился о беседе за чаем сегодня для вас с Матье после твоей встречи. Тебе лучше проводить с ним какое-то время каждый день, больше узнавать друг друга. Помни, мы здесь только до пятницы.
Должно быть, кто-то подошёл ко мне сзади и бабахнул по голове одним из таких огромных молотков, потому что, уж точно, Его Светлость не просто сказал то, чего я боялась, он мог сделать.
Он сделал?
Мне ещё не приходилось так усердно молиться — лишь бы это были галлюцинации. Но вот оно — пока я сочувствовала Изабель и Кристиану, прибыли мои собственные демоны, чтобы остаться.
— За последнюю пару недель мы с твоей матерью провели несколько продуктивных бесед с его родителями, и мы совершенно уверены, что вы двое замечательно поладите, — продолжал отец, не обращая внимания на то, как вырвал почву из-под моих одеревеневших ног. — Матье — умный мальчик. Полный серьёзных убеждений, — Он игриво дёрнул меня за подбородок, при том, что выражение его лица было серьёзным, чем предавало всю беззаботность момента. — Никого не напоминает?
Недель? Он оговаривал условия сделки, чтобы выдать меня замуж устарелым способом, в течение нескольких недель?
Кто-то позвал отца.
— Сообщи Изабель, что у неё тоже встреча за чаем с Эйболендом днём. Исполни свой долг, Эльза.
Только он ушёл, как мне захотелось достать свой телефон и проверить календарь, просто, чтобы удостовериться, что на дворе двадцать первый век, а не Средние века.
— Могу ли я быть полезен, Ваше Высочество?
