— Козел? — поморщился Мисима.
— Горный.
— Ааа…
— Теперь пойдем на улицу, будем пробовать с оружием.
Холодок пробежал по телу Мисимы.
— Но учитель! Так ли я хорош в освоении навыков, что ты решил усложнить для меня задачу?
— Ерунда. Ты достойный ученик и не должен бояться заданий повышенной сложности.
Мисима повиновался. Они вышли на двор, прихватив с собой из кухни несколько кухонных ножей и топор для разделки мяса. Кэзуки снова пригнул колени, встал в полоборота к невидимому противнику, который символизировала поленница дров. Расположив кухонный нож рукоятью вдоль ладони, а лезвием к себе, он совершил у себя перед лицом несколько причудливых манипуляций, напоминающих стягивание невода рыбаком или стягивание одеяла с очень тучной жены, а потому внезапно выбросил вперед ладонь, державшую импровизированный клинок. Нож вонзился в дрова. И хоть поленница стояла на расстоянии меньшем, чем расстояние вытянутой руки от Кэзуки, Мисиме увиденное казалось едва ли не восьмым чудом света, отображающим мастерское владение его сансеем искусством владения клинком.
— Попробуешь?
Мисима кивнул и стал было пытаться повторить подобные виденным манипуляции, но по традиции у него не вышло отправить нож в мишень. Однако это не огорчило его, а только настроило на боевой лад — он будет упорно тренироваться, и скоро достигнет высот своего учителя.
— А топор?
— Что топор?
— С ним что будем делать?
— Это не топор. Это масакари.
— А чего это?
— Боевой топор самурая.
— Но так значит все-таки топор.
— Все-таки масакари!.. Эх, долго тебе еще обучаться… Ладно, покажу.
Кэзуки взял топор за рукоятку и стал размахивать им вокруг своего плеча — как обычно поступают с нунчаками. Несколько раз описал топором окружность вокруг своей головы. Затем повторил локтевые манипуляции на другой руке. Снова описал над головой окружность. При этом лицо у него было такое удивленно-напуганно-настороженное, что казалось вот-вот что-то случится или с ним или с его боевыми приспособлениями, но… ничего не случилось. Мисима ожидал чего-то более виртуозного, но Куэзуки лишь отмахнулся от его вопросительного взгляда:
— Пока хватит. Остальное потом покажу.
Вернулись в дом. Мисима стал слушать наставления своего нового учителя.
— Дома постоянно тренируйся. Вспоминай как я делал и повторяй. Помни — сначала напугать противника, а потом начинать движения в позе дракона, орла и змеи медленно, не спеша, но результативно нанося удары в самые различные части тела. Понял?
Мисима кивнул, хотя до истинного понимания ему было еще далеко. Но вернувшись домой, не осмелился он ослушаться своего учителя и отправился в гараж, чтобы тренироваться в боевых навыках.
Для начала он решил смягчить жесткие пол и стены гаража и разбросал повсюду как будто специально ждавшие этого случая, а на самом деле просто приготовленные к утилизации листы ДСП. Разувшись, сложил ладони у солнечного сплетения — точно так, как это делал Кэзуки и как он сам часто видел в кино — и едва заметно поклонился невидимому врагу.
Затем, в точном соответствии с наглядной инструкцией, увиденной недавно, согнул слегка ноги в коленях и с максимально устрашающим видом стал описывать круги по гаражу. Постепенно выбросил руки в стороны и начал откидывать кулаки, подобно учителю ударяясь о предметы окружающей обстановки — листы ДСП не удалось прикрепить к стеллажу с инструментами, который во время очередного броска то ли дракона, то ли орла, то ли змеи в исполнении Мисимы обрушился со всем содержимым прямо ему на голову.
От удара Мисима потерял сознание и провалялся в гараже до самого вечера, пока Азэми не пришла чтобы позвать его к ужину, а в итоге и принесла на себе домой. Приехавший ближе к ночи едва стоявший на ногах от алкоголя и усталости врач строго-настрого запретил Мисиме выходить на работу ближайшие три дня, так что уже на следующий день он вновь бросился за очередной порцией знаний к своему шифу.
— А ты чего не на работе?
— А, больничный, — отмахнулся Мисима.
— Понятно. А чего пришел?
— Как чего? Учиться.
— Ах, да. Ну пойдем на двор.
На дворе оба стали гарцевать по-петушиному друг перед другом да так, что едва не задевали друг друга руками. Затем сансей стал учить Мисиму махам ногами, которые в его исполнении, в отличие от традиционной боевой культуры, демонстрируемой в фильмах, выглядели так же причудливо как и все остальное, и оттого особенно маняще. Так, исповедуемый им стиль 12 зверей позволял ноги не поднимать выше колена и при подъеме не сгибать — выглядело со стороны это так, будто учитель разгоняет кур, сгрудившихся у его ног. Именно ввиду этой колхозной привычности не вызывало повторение движения трудностей у юного самурая.