— Я сейчас же поеду в мэрию, а ты вот что… — главврач огляделся и запер дверь кабинета. — Ты только никому пока ничего не говори. Посеешь панику — греха не оберемся. Это, видишь ли, детище нашего мэра он им гордится до невозможности. Вот, дескать, поправил состояние бюджета, новую статью доходов нашел. Это еще проверить надо — оттуда или нет. А если мы с тобой его начинанию крылья подрежем, сами же будем виноваты… Я ему сейчас все расскажу, а ты пока никому ни слова. А там видно будет.
Доверительный тон главного успокоил Мойшу. А более всего успокоило его то, что сразу по окончании аудиенции отправился главный врач с докладом к своему непосредственному начальству. Которое тоже было неприятно удивлено и раздосадовано внезапным открытием:
— Да ты что?! Как такое могло случиться?! Да… Это ведь если правдой окажется, нам всем тут несдобровать… Я открыл, ты не доглядел…
— Так-то оно так, Николай Иваныч, только…
— Что только?
— Понимаете, молодой специалист, мнительный, подозрительный, да еще и из Москвы.
— Ты намекаешь?..
— Нет. Я просто думаю, что он может излишне сгущать краски. Во-первых, как он сам сказал, эпидемии пока нет, а народу через борд… извините, через дом досуга уже порядочно прошло. Во-вторых, эти же шлю… специалисты дома досуга раньше работали индивидуально — и никаких нареканий на них не имелось, верно? Как это они все разом заболели? Так не бывает. Вполне возможно, что источник заражения совершенно другой.
— А какой?
— Помните, лет пятнадцать тому назад в сети общепитов бытовой сифилис нашли?
— Так то сифилис, а ты говоришь гонорея и вши эти еще…
— Наука пока не знает точных источников распространения хламидиоза. То, что у одного дурака гонорею нашли, еще не повод лишать бюджет профицитной статьи.
— И что ты предлагаешь?
— Закрыть столовые!
— В которых 15 лет назад был бытовой сифилис? Ты в своем уме?
— Я-то в своем, только и Вы, Николай Иваныч, головой подумайте. Где гонорея, там завтра и сифилис появится. Он вынужден будет в область написать, хватятся — а у нас уже и меры приняты! Столовые закрыты! Поднимем старые отчеты, что он тут давно обитает, и привет. А среди бля… специалистов дома досуга работу проведем, пусть почистят свои кадры. Только потихоньку, без придания этому, так сказать, общественного резонанса. Одно дело, когда проблему сами вскрываем и меры принимаем, и совсем другое — когда ее извне вскрывают. А после на орехи раздают. Верно?
Николай Иваныч только руками развел — он, конечно, знал, что Никонов мужик опытный в таких вопросах, но чтобы настолько! И уж, конечно, не мог он догадаться, что за двадцать лет работы главврачом сменил Федор Федорович талант хирурга на талант аппаратчика. А он куда как важнее при такой должности. Потому что, как говорил товарищ Сталин, кадры решают все. И как говорил он же, незаменимых нет. Хорошего хирурга выучить можно, а вот хорошего аппаратчика поискать надо!
Слова главного врача оказались пророческими — спустя пару дней на прием к Мойше записался механик из автоколонны. У него были подозрения на твердый шанкр — методом сдачи несложных анализов подозрения подтвердились, у рабочего человека оказался первичный сифилис. Прописав тому лекарство, Мойша снова бросился в кабинет главного врача.
— Федор Федорыч, я опять по тому же вопросу.
— По какому? — главный, как ни в чем не бывало, изучал очередной номер «Озерских ведомостей», в котором было помещено интервью с руководителем вновь открытого дома досуга.
— По дому досуга. Опять клиент. И на этот раз уже не гонорея и не вши.
— А что?
— Сифилис.
— Тааак… И что же?
— Вы у мэра были?
— Был.
— И что он сказал?
— Что работу проведет. Начнут там презервативы раздавать или еще что.
— А когда?
— Ну что ты впереди паровоза бежишь! Всему свое время, успокойся…
Тон главного показался Мойше подозрительным. Он решил поделиться своим открытием с Виктором, пока еще не зная, что ему следует и чего не следует делать в такой ситуации.
— Да что ты, старик, с ума сошел?! Ты правда думаешь, что из-за этого борделя у нас эпидемия начнется?
— Судя по ряду признаков, она уже началась.
— Ты преувеличиваешь, по-моему. Несколько больных — еще не признак эпидемии. Да и потом — кто там работает? Те же вчерашние индивидуалки. Была эпидемия, когда они по одной работали? Нет. А сейчас откуда ей взяться? Как это они вмиг все заразились?
— Это тоже не дает мне покоя.
— Так вот и успокойся. И делом займись. Кстати, у меня послезавтра день рождения. Отмечать будем в ресторане. Приглашаю.
— С радостью! Что тебе подарить?
— Абонемент в дом досуга! Шучу! Расслабься! А лучше сходи куда-нибудь с Катюхой, она вишь как по тебе сохнет…
— Да ну тебя…
— Слушай, ты о чем-нибудь, кроме работы думать можешь?! — Анестезиолог обратил взгляд на лежавший на столе свежий номер «Озерских ведомостей», такой же, какой только что читал главврач. — На́ вот, угомонись.
— Что там?
— Меры по твоему обращению уже приняты — закрыт ряд столовых, в которых ранее обнаруживался бытовой сифилис.
Мойша с удивлением принял газету из рук товарища и стал читать.