Сухую одежду Рино удалось одолжить у коллег, а вот обувь осталась той же, но он не обращал на это никакого внимания. Все вокруг залило. Пройдя всего несколько шагов, он оказался по колено в воде и грязи. Они шли по извилистой дороге, вдоль которой небольшими группами стояли домики. Было очевидно, что Хенрик Хансен хотел спрятать автомобиль — тот стоял за кустами. То есть он не пытался сбить следователей со следа, а действительно бежал в горы. И был вооружен.
Как только они начали подъем, большой пласт оторвался от промокшей земли и двинулся вниз, так что иногда полицейским приходилось ползти на четвереньках. Склоны были сплошь покрыты зеленью, однако порой попадались каменные осыпи и ручейки, словно гора пыталась сбросить с себя тесное платье из травы и мха.
Было еще достаточно светло. Теперь, когда небо стало понемногу проясняться, они вполне могли обойтись без фонарей какое-то время.
На середине подъема Рино пришлось остановиться, чтобы отдышаться. Он снова был весь мокрый, только в этот раз от пота. И он подумал о Томасе, который раз за разом призывал его заняться спортом.
В погоню за сообщником Эйнара Халворсена отправились трое мужчин. Видимо, Хенрик Хансен понял, что полиция напала на его след, когда увидел взломанную дверь дома, и в панике бросился бежать. Он решил спрятать Иду у бывшей жены, с которой давно не общался. Теперь же все обернулось тем, что он стал причиной ее смерти.
В тот момент, когда они снова отправились в путь, позвонила Гюру:
— Мы проверили авиакомпанию «Видерё». Здесь очень маленький офис, и сотрудники аэропорта знают в лицо большинство путешествующих. Ни Эйнара Халворсена, ни Хенрика Хансена на рейсах нет, но на рейс с вылетом в двадцать один сорок по направлению в Будё есть заявка на двоих Эйнарсенов. Взрослый и ребенок.
— Эйнарсен…
— Дьявол!
Рино ясно увидел, как Гюру сжала мобильный телефон так, что костяшки пальцев побелели.
— Очевидно, план состоял в том, чтобы приземлиться в Будё в десять часов вечера, чтобы Ида появилась дома до полуночи.
Рино стоял не в силах отвести взгляда от многочисленных холмов, лежащих вдоль береговой линии. Прекрасный мир. Ужасный мир.
— Мы схватим Эйнара Халворсена. Хватит ему сидеть дома и разыгрывать из себя мессию. — Гюру почти выплевывала из себя слова.
— Мы найдем того, кто это сделал.
Рино вспомнил маленькое безжизненное тельце, запутавшееся в красном платье. Несколько ужасных секунд он думал, что Ида умерла. И ярость, которую он почувствовал, придала ему сил снова броситься вверх по склону. На первом перевале ландшафт немного выровнялся. Вдалеке показалась горная вершина. Ленсман сказал, что это Юстадтинден. Та землянка, о которой говорил Вильям Хансен, находилась прямо у ее подножия, на берегу популярного озера для рыбалки. Облака еще больше рассеялись, и Рино разглядел на западе горы — зубчатые, остроконечные, словно чешуя вымершего монстра. На краю гряды находился город Рейне, где всего год назад Рино чуть не расстался с жизнью во время шторма. Природа Лофотенских островов снова оскалилась на него.
Начинающиеся сумерки изменили ландшафт. Казалось, горы и скалы сгорбились, готовясь к ночи. Очертания менялись, несколько раз Рино казалось, что он видит движение каких-то теней, но стоило приглядеться, как все вставало на свои места. Ленсман предупредил, что совсем скоро их ждет резкий спуск и что до места они доберутся не раньше чем через полчаса. Рино не мог избавиться от ощущения, что в этом деле что-то не так. Вильям Хансен удивился, что отец выбрал для побега именно этот путь, так как на его физической форме уже сказывался возраст. Рино и сам чувствовал, что ноги начали болеть, уже несколько раз ему приходилось останавливаться, чтобы перевести дух. Конечно, землянка вполне могла служить убежищем, но вот путь к отступлению был не продуман. Может быть, план состоял в том, чтобы спрятаться до тех пор, пока Ида не попадет домой? Но для этого можно было найти укрытие попроще и не забираться по скользким горным склонам. И почему Хенрик Хансен оказался в полной власти Эйнара Халворсена, как и в прошлый раз? Рино инстинктивно оглянулся, и в этот раз был абсолютно уверен, что увидел движущуюся тень. Он едва успел хлопнуть одного из сотрудников по спине, указывая направление, как раздался голос ленсмана:
— Там кто-то есть!
Звук тяжелых шагов напугал тень, и она бросилась бежать — туда, где склон становился еще круче, еще отвеснее. С каждым метром они были все ближе. Сын оказался прав — ноги Хенрика Хансена подводили его. Первым бежал Рино. Сократив расстояние наполовину, он выкрикнул приказ остановиться. Тень замерла, и вдруг на фоне серо-голубого неба перед Рино предстал тот, кому удавалось скрываться тридцать лет.
