— Он ничего особенного не сказал, — ответила мама. — Засмеялся только и ответил, что теперь будет возвращать тебя вовремя. Вот и все. Он на меня нисколько не обиделся, не думай. Да я же по-матерински… — Мама помолчала и добавила: — Да у него и голос был такой веселый…
«Да уж, очень веселый», — подумала я, представив себе обескураженное лицо Павлика, когда он случайно узнал такое…
Мне вспомнилась сцена из одного фильма. Там к полковнику, Герою Советского Союза пришла одна противная женщина. И рассказала ему о том, что его любимая жена изменяет ему с другим.
А полковник выслушал это и продолжал улыбаться. Улыбка, правда, была деланная, натянутая, но все же он улыбался и молчал. И тогда эта женщина смешалась на секунду и вдруг сказала с уважением: «Да, товарищ полковник, теперь я понимаю, за что вам Героя дали…»
— Он просил что-нибудь передать? — спросила я у мамы, решив не вдаваться в объяснения. Какой смысл говорить ей, раз уж она проболталась невольно… Я же сама виновата. Надо держать маму в курсе событий. Или вообще не говорить ничего.
— Да, — сказала мама. — Павлик сказал, чтобы ты ему позвонила, когда придешь.
Мне не хотелось ему звонить. Он наверняка обижен. Звонить и чувствовать, что человек дуется, я не хотела.
«Вот еще, — в конце концов смело подумала я. — Я ничего ему не обязана. Мы посторонние люди, что бы он там себе не выдумывал. И не должна же я, взрослая женщина, отчитываться перед ним… Какое ему дело, где я была и чем занималась?..»
Надо было позвонить. Зачем-то Павлик звонил мне сразу же после моего ухода из прокуратуры… Может быть, там какие-то новости о расследовании. Он же обещал держать меня в курсе дела.
Я уже совсем собралась позвонить и даже подошла к телефону, как телефон затренькал сам.
Я сняла трубку. Это был Франц.
— Как дела? — спросил он и замолчал.
— Отлично, — в тон ему ответила я и тоже замолчала. Я ждала развития событий. Чего он хотел от меня после своей вчерашней неудачи?
— Мы увидимся сегодня? — наконец после молчания спросил Франц.
— Когда? — уточнила я. Хотя теперь это, наверное, не имело большого значения. Ведь Павлик наверняка не захочет теперь идти со мной вечером на прогулку… Он наверняка отменит свое приглашение. Придумает что-нибудь. Скажет, что срочно занят, что много дел вечером по работе. Так что я была, вероятно, свободна…
— Когда? — переспросила я еще раз.
— Сейчас, например, — ответил голос Франца в трубке. — Ты можешь прийти ко мне. Я сижу дома и жду тебя.
«Свидание днем… Какой он скорый», — подумала я.
— Ну, так что? — поторопил он меня, не дождавшись ответа.
А почему бы и нет? Пусть я несерьезно отношусь к Францу и всей этой истории, но любое дело надо доводить до конца.
После вчерашней неудачи у меня потому и остался такой неприятный осадок. Уж если ты согласилась отдаться мужчине, то сделай это до конца. Хоть один раз, но сделай. А иначе ты сама становишься какой-то комической фигурой из анекдота…
— Прямо сейчас?.. — переспросила я нерешительно.
— Ну да. Я жду тебя, — повторил Франц.
— А ты не порвешь мне опять блузку? — спросила я, пользуясь тем, что мама вышла из комнаты.
— Не беспокойся, — ответил Франц. — Твоя блузка останется в целости и сохранности. Приходи.
— Хорошо, — сказала я после некоторого колебания. — Скоро я приду.
С самого утра я как будто знала о том, что непременно увижусь сегодня с Францем…
Перед уходом из дома я решила все же позвонить Павлику. Вдруг у него появилась интересная информация. Может быть, уже пойман людоед?
Голос Павлика был ровный и спокойный.
— Я хотел тебе только сказать, чтобы ты зашла ко мне вечером сама, — попросил он. — Дело в том, что я буду, наверное, очень занят, у меня может быть народ. Так вот, ты приди и сядь. И тогда все поймут, что к чему, и уйдут. И я освобожусь. А то я придумал на сегодня одну вещь для нас с тобой, так хотелось бы ее осуществить.
— Какую вещь? — спросила я. — Что ты надумал?
— Это будет сюрприз, — ответил Павел. — Ты и сама, наверное, удивишься.
— Это будет приятный сюрприз? — допытывалась я. Всегда же хочется знать наперед, что тебя ожидает.
— Естественно, — засмеялся Павлик. — Кто же приглашает женщину на свидание и готовит ей неприятный сюрприз?
— А что должны будут понять твои товарищи, когда я приду в твой кабинет вечером? — не отставала я от Павлика. — Ты сказал, что они поймут, что к чему. А что к чему?
Павлик секунду подумал и отрубил в трубку:
— Они поймут, что я тебя люблю и что ты пришла ко мне на свидание. Так тебя устраивает?
— Ты все никак не успокоишься, — сказала я с легкой укоризной. — Все шутишь и шутишь…
— Так ты придешь? — спросил Павлик напряженным голосом.
— Приду, — ответила я и повесила трубку. Жаль, конечно, что Павлик не сообщил мне никаких новостей о расследовании. Но тут уж ничего не поделаешь…
Надо будет пойти к нему на свидание. Что же человек так мучается… Может быть, это даже мой долг — пойти к нему и развеять все его фантазии. Это ведь в моих руках.
Хоть я и не давала ему никаких авансов, меня несколько тяготило то, что Павлик так нежно и преданно любит меня.
