— Да, вполне, — сказал он. Потом помолчал. Я тоже больше ничего не говорила, потому что не знала, что сказать. Мне было очень обидно, что он так быстро потерял ко мне интерес. — Мне кажется, что ты можешь идти, — неожиданно сказал Франц.
— Так сразу? — даже не поняла я его поначалу. Настолько его слова и вообще все поведение сейчас не вязались с нашими отношениями. Я не ожидала ничего подобного.
— Сразу, — ответил мужчина. В глазах его я прочитала полное безразличие ко мне и желание, чтобы я ушла.
Что ж…
Я встала и начала одеваться. Перемена в отношении ко мне Франца была столь очевидна, сколь и неожиданна для меня. От смущения движения мои сделались медленными и неуверенными. Я двигалась, как во сне…
Есть две вещи в жизни женщины, которые кажутся мне одними из самых постыдных и неприятных. К сожалению, почти каждой женщине случается проходить через них.
Первая — это когда тебя прогоняют. У меня уже был однажды в жизни эпизод, когда это случилось со мной.
Как-то я была в редакционной командировке. Командировка была на три дня в один из райцентров. Там я должна была встретиться с несколькими людьми и написать после этого проблемную статью о сохранении памятников истории и архитектуры…
Хотя городок и был небольшим, мне приходилось ездить также по окрестным деревням. Ведь в провинции именно там еще сохранились старинные храмы, которыми и интересуется общественность.
Поэтому в исполкоме мне по просьбе редакции выделили на один день «газик» с шофером. Вот о шофере-то и пойдет речь.
Мы ездили с ним целый день. Побывали в одной деревне, потом в другой. Заехали к разным людям, и я взяла у них интервью. День уже почти заканчивался, и пора было ехать обратно.
Мы так и поступили, и уже когда мы въехали в город, шофер вдруг сказал:
— Вы сейчас в гостиницу пойдете?
— Ну да, — рассеянно ответила я. — Куда же еще?
— А там буфет вечно не работает? — сказал водитель, поглядывая на меня.
— Лучше бы он вообще никогда не работал, — ответила я сердито, — То, чем они торгуют, лучше бы вообще не продавать.
— Мы можем заехать ко мне перекусить, — сказал он. — У меня обед готовый. Я бы вас угостил. А то целый день проездили и никак не познакомились.
Он посмотрел на меня и улыбнулся. Я несколько раз ловила себя в течение дня на том, что мы с ним обмениваемся взглядами. Наверное, я ему понравилась. В общем-то, это и неудивительно. Я на самом деле неплохо выгляжу. Да и вообще я должна была интересовать его. Все-таки журналистка из газеты…
Что же касается меня, то незадолго до этого мой муж уехал в отпуск на две недели. И в тот день, когда он вернулся, я получила редакционное задание ехать на три дня сюда.
Так что с мужем мы только увиделись утром, когда он пришел с поезда, а я собиралась в дорогу.
Я уже говорила, что я порядочная женщина и никогда не стремилась изменять своему спутнику жизни. Но посудите сами — что должна чувствовать молодая женщина после двух недель воздержания? Да еще когда она знает, что впереди еще три дня одиночества? Какими глазами она может смотреть на мужчин?
Так что после того, как мы обменивались взглядами целый день, и после недвусмысленного предложения шофера, все встало на свои места.
Водителя звали Володя. Он был крепкий здоровенный мужик лет сорока, что называется «в самом соку». Не мой, конечно, тип, но что же поделаешь… Дареному коню в зубы не смотрят…
— Но мне неудобно, — сказала я и почему-то инстинктивно сжала ноги под юбкой.
— Что же тут неудобного? — возразил Володя. — Человеческое общение… Должны же мы с вами познакомиться как следует…
Он уже вел машину в сторону от гостиницы, к своему дому неподалеку.
— А ваша жена? — спросила я робко. — Что она скажет? Мы ей не помешаем?
Бывает же такое лукавство у людей… Как будто я не понимала, что о жене речи идти не может вообще…
— Жена работает на маслозаводе во вторую смену, — сказал Володя спокойным голосом, — Она у меня начальник смены на маслозаводе. Инженер.
Стоит ли говорить, что ни до какого обеда дело не дошло? Он сказал:
— Обедать потом, — и увлек меня в комнату, где сразу повалил на незастеленную кровать…
Пообедать мне в тот день так и не пришлось.
В самый разгар второй по счету схватки открылась дверь и вошла его жена. Уж не знаю, что там случилось. То ли смена раньше закончилась, то ли соседки позвонили и рассказали, что муж привел в дом какую-то…
Женщина посмотрела на нас и сказала грозно, обращаясь ко мне:
— Убирайся отсюда, сука.
Никогда не забуду этих минут. И считаю такие минуты самыми тягостными в жизни каждой женщины.
Когда ты торопливо одеваешься под тяжелым ненавидящим взглядом другой женщины. Знаешь, что она рассматривает твою фигуру, презирает тебя. И она в своем праве. Она — у себя дома и выгоняет тебя.
А ты, бормоча что-то жалкое и нелепое, трясущимися руками натягиваешь на себя белье…
— Извините… — бормотала я. — Я сейчас уйду… Сейчас… Простите меня, уйду…
Я суетилась вокруг кровати, собирая свое раскиданное белье, а потом все никак от волнения не могла попасть ногами в колготки, а головой — в вырез комбинации…
