Стругар чувствовал, что атмосфера накаляется. И так бывает иногда на службе. Вроде бы все предусмотрено, продумано. И тут врывается кто-нибудь, кого ты вообще не принимал во внимание, и с необыкновенной важностью и серьезностью начинает что-то выяснять, доказывать, ставя на грань срыва задуманную операцию. Проклятье!
— Мы не клиенты вашего заведения!
Голос его вибрировал от раздражения. Уже тогда, когда они направились сюда из отдела, он предположил, что Бруннер, вероятно, спустится завтракать около семи, И вот в такое критическое время у тебя на пути становится этот человек, настроенный так решительно.
— Простите, но в таком случае я не знаю, почему вы читаете наши газеты и сидите в креслах нашего заведения. Я прошу вас удалиться отсюда! Или я вызову полицию!
Ну вот и началось, подумал Стругар. Краем глаза он увидел, как Тимрава лезет в карман за служебным удостоверением. Стругар остановил коллегу движением руки. От его внимания не ускользнуло то, что со стула в помещении администратора поднимается еще один старик в ливрейном одеянии, пристально смотря в их сторону, очевидно, собираясь помочь своему коллеге.
Стругар подавил в себе злость и проговорил, стараясь выглядеть как можно спокойнее:
— Мы ожидаем здесь встречи с одним из ваших жильцов и, чтобы как-то скоротать время, читаем газеты. Выгнать нас отсюда вы не имеете права. Я думаю, что директор не похвалит вас за это.
— Видите ли, я сразу понял, что вы здесь не просто так. Кого вы ждете? Я бы мог вам помочь…
— Мы ждем, пока пан позавтракает, Спасибо за помощь, не затрудняйте себя, пожалуйста.
Швейцар с внушительным животом повернулся и пошел к своему стулу. Он был оскорблен тем, что эти люди отвергли его помощь.
Все кончилось как нельзя лучше. И тут Стругар, заметив спускающегося по лестнице Бруннера, бросил на Тимраву предупредительный взгляд и показал глазами на лестницу.
Тимрава понял знак и посмотрел туда, куда указал взглядом коллега. Он мог хорошо рассмотреть интересующего их человека, потому что на лестнице, кроме него, никого не было. Высокий, стройный Бруннер в необыкновенно элегантном темно-сером костюме гордо прошествовал мимо них к ресторану. На ногах его поскрипывали новые чехословацкие туфли. Перед дверью ресторана он приостановился, поправил галстук и пригладил свои темные волосы, спадавшие до самых плеч, обнаружив на правой руке красивую запонку из желтого металла. Затем правая рука его потянулась к очкам в темной оправе, сдвинула их к кончику носа, а потом снова вернула на место к переносице. Левой рукой он крутил ключ от номера с деревянной дощечкой, на одной стороне которой стоял номер комнаты, а на другой — знак гостиницы.
Когда он исчез за дверью, Тимрава прошептал Стругару, что Бруннер взял ключи с собой и, следовательно, вернется после завтрака к себе в номер.
Они «читали» газеты еще полчаса, находясь под внимательным наблюдением швейцара, прежде чем Бруннер поднялся из-за стола и вышел из ресторана. Тимрава оказался прав в своем предположении: Бруннер направился к лестнице и стал подниматься наверх.
Стругар и Тимрава непринужденно двинулись следом за ним и стали подниматься по ступенькам. Зная, что толстяк швейцар не спускает с них пристального взгляда, они каждую секунду готовы были услышать его громовой голос, запрещающий им вход в жилую часть гостиницы. В таком случае выход у них будет один: назвать себя и предотвратить таким образом скандал.
Им повезло: швейцар как раз куда-то отошел. Бруннер же, войдя в коридор второго этажа, исчез в комнате номер 119.
— Войдите! — донеслось изнутри вскоре после их стука в дверь.
— Господин Бруннер? Мы из уголовного розыска, — представился Стругар и протянул ему свое служебное удостоверение. — Вы хорошо говорите по-словацки, поэтому, надеюсь, вы простите нас за то, что мы не взяли переводчика.
— Не беда. Я знаю словацкий в совершенстве. Моя мать была словачкой. Поэтому меня и посылает сюда шеф. Лучше всего заключать торговые сделки без всяких переводчиков, не так ли? Впрочем, простите, вы из полиции. Что случилось?
— Ничего страшного. Мы пришли попросить вас явиться к нам в отделение к десяти часам утра. Вам предстоит выступить в качестве свидетеля. Автомобиль марки «мерседес» с номером ГГЦ 46-934 на прошлой неделе в среду попал в дорожную аварию. Он принадлежит господину Мюллеру, вашему земляку. К тому же он был похищен.
— Ах, вот оно что? Похищен. Это что такое? Украден, да?
— Точно так, господин Бруннер.
— Хорошо, — улыбнулся он после минутного раздумья. — Мне надо идти сейчас? Не потерпело бы это дело до завтрашнего дня?
— Нет, вам надо явиться сегодня к десяти. При расследовании каждый день на счету.
— Так можем идти прямо сейчас или нет?
— Можем. Но вам придется подождать несколько минут. Это вам не помешает? Мы отвезем вас туда и обратно.
— Ну, несколько минут ожидания я как-нибудь переживу. Пойдемте сейчас, может быть, этот вопрос решится сразу.