— О да, это неопровержимое доказательство, — Геральт продолжал издевательски усмехаться. — И в чём же эти трое провинились перед Хольтом? А может, Хольт просто так, ни с того ни с сего убивает случайных людей? Ведьмаки ведь это любят? На ведьмака можно свалить всё что угодно. Всегда найдутся доказательства и улики, и все во всё поверят, потому что за ведьмаком следует всяческое зло и мерзкие миазмы, и надо сжечь всё, к чему он прикоснётся. Во всём он непременно виноват, особенно в убийствах. Особенно если настоящих преступников найти никак не получается, а выслужиться хочется…
— Оные трое убитых, — спокойно объяснил Эстеван Трильо да Кунья, — были предводителями народного ополчения, которое в сто девяносто четвёртом году напало на Каэр Морхен, то есть ваше Ведьмачье Гнездовище. Именно поэтому, юноша, я не поверю, что в этом преступлении виноваты какие-то разные случайные преступники. Потому что знаю, кто виноват на самом деле и каков был мотив.
— Вот всё и выяснилось, — медленно заговорил Геральт. — Вот и finis. Год сто девяносто четвёртый. Знаешь что, префект? Если всё это правда, то так этим трём и надо, они свою судьбу заслужили, я сам с удовольствием пришиб бы их, и у меня был бы чертовски большой мотив, жаль, что кто-то опередил меня. Если бы мне случилось встретить его, то я бы выказал ему моё уважение и благодарность. И угостил бы пивом.
— Тебе не случится, — префект встал с сусека. — Потому что ты будешь сидеть в камере в Стурефорсе, ожидая суда. Разве что ты согласишься…
— Не соглашусь.
— Знаешь ли ты, почему мы разговариваем в безлюдном месте и без свидетелей? Потому что, если ты согласишься предоставить доказательства, которые мне нужны, или хотя бы поклянёшься поискать их, то уедешь отсюда свободным, как птица, а о нашей беседе не узнает никто. Но если я официально арестую тебя, машина заработает и затянет тебя в свои шестерни, а из них ты уже сможешь выйти только на эшафот.
— Не соглашусь.
Эстеван Трильо да Кунья вдруг встал, подошёл к Геральту, очень близко. Геральт, который уже некоторое время поигрывал в кармане своим ключом, размышлял, что будет лучшей целью — брегма, то есть башка? Или же основание носа с таким красивым названием — глабелла?
В амбар вбежал один из арбалетчиков, задохшийся, потный, красноречиво размахивая руками. Префект ещё раз ожёг Геральта взглядом и вышел.
Геральт остался один. Задние ворота амбара были полуоткрыты, никто их не караулил, было бы нетрудно проскользнуть в них и исчезнуть в ближайшей чащобе. Однако ведьмак и не думал оставлять добычей префекта ни Плотву, ни свои мечи. Будь что будет, решил он, усаживаясь на сусеке. Погожу.
Он ждал. Снаружи доносились крики, стук копыт, храп и ржание коней. И вдруг стало совсем тихо. Ему всё же казалось, что он слышит похрапывание коней. И скрип колодезного журавля.
Когда ему, наконец, наскучило ждать, он вышел, сощурившись от яркого солнца, и был поражён тем, что увидел. На площади ждали пятеро всадников в красно-чёрных куртках. Жёлто-чёрных и префекта из Ард Каррайга и духу не было.
У колодца стояла высокая светловолосая женщина в мужском лосином колете и ботфортах. Поднявши из колодца ведро, она как раз выливала его в корыто. Из корыта, опустив голову, пила Плотва.
Он подошёл ближе. У женщины были ядовито-зелёные миндалевидные глаза. Расстёгнутый колет позволял увидеть безупречно белую, всю в кружевах рубашку. С шитой серебром перевязи свисал длинный корд.
Рукою в перчатке женщина указала мечи, прислонённые к колодцу.
— Это твоё, полагаю?
Он кивнул.
— Я Елена Фиакра де Мерсо, комендант охранной службы Верхней Мархии.
Геральту хотелось сказать что-нибудь остроумное. Например, что нынче урожай на охранные службы. Или что на его улице перевернулась телега с префектами и комендантами. Он не сказал ничего. Просто-напросто онемел.
Женщина поняла и не стала продолжать.
— Лошадь напоена, — спустя некоторое время бросила она. — Так что мы можем ехать.
— Я не буду… — Геральт обрёл дар речи. — Я не буду предоставлять доказательства.
— Вот и хорошо. Потому что мне они не нужны. Будь добр, в седло.
— Значит, я не арестован?
— А ты этого хочешь?
— Нет.
— Тогда в седло. Мне надоела эта болтовня.
— Но сначала мне хотелось бы…
— Господин маркграф Луитпольд Линденброг, — прервала его Елена Фиакра де Мерсо, — повелевает тебе, ведьмак, явиться на аудиенцию в его владения, в замок Брунанбург. Маркграф Линденброг обладает здесь, в Верхней Мархии, всей полнотой власти. Кстати, именно на эту власть я только что сослалась. Приказав Эстевану Трильо да Кунья убираться к себе, в Ард Каррайг. Не взирая ни на его претензии к тебе, ни на его к тебе требования. А Эстеван, хотя и находясь на королевской службе, приказу моему любезно подчинился. Как видишь, его здесь уже нет. Хватило одного слова, чтобы он исчез. Советую и тебе подчиниться желанию господина маркграфа. Столь же любезно. Больше я слов тратить не намерена.
— Я понял. Что ж, едем.
