Мериткселл и её дружки уехали. Люди во дворе перестали грохотать бочками, видимо, у них был перерыв на обед. Артамон из Асгута, чародей, декан Академии Магии в Бан Арде, задремал над документами. Шорох разбудил его, он открыл глаза и увидел ведьмака. Потянулся за палочкой. Он был быстр, но не так быстр, как ведьмак, принявший эликсир. Геральт ударил его молниеносным прямым левым, кулаком в горло. Удар был почти беззвучным, результат — немедленным. Артамон обеими руками схватился за шею, но не мог произнести ни звука, гортань была размозжена, а трахея заблокирована. Он был совершенно беспомощен и уже постепенно задыхался, но Геральт не собирался останавливаться на этом. Или ждать. Зажатым в правом кулаке ключом он изо всех сил ударил чародея в шею сбоку, прямо под левым ухом.
Артамон упал, как колода, навзничь. Обеими руками он всё ещё держался за шею. Захрипел. Дёрнул ногами. И затих.
Он был мёртв.
Кто малиновку убил?
— Я, — ответил воробей.
— Лук и стрелы смастерил
И малиновку убил.
Томми Тамб, Сборник детских стихов 1744 года.
Господину префекту
Уважаемому Эстевану Трильо да Кунья
в Ард Каррайг
писано в Даэвоне, 4 мая 1230 года post Resurectionem
Господин префект,
Сообщаю, что в Ксенделл прибыл я мая 3 дня со старостой из Даэвона и на месте приступил к исследованиям. Констатирую, что наставник Артамон из Асгута был мёртв, как указывал rigor mortis, более суток. Точный диагноз и определение причин смерти без вскрытия были невозможны, однако на теле обнаружил я следы, которые могут указывать на смерть насильственную и при участии третьих лиц, то есть на crimen homicidio. Нашёл я у покойного кровоподтёки на шее, результат возможного сильного удара. Кровоизлияния на глазных яблоках и на коже лица, а также синяки, что может указывать на переломы гортани и удушение. Но — iterum dicimus — без вскрытия однозначно подтвердить это невозможно.
Подписываюсь и остаюсь в неизменном к вам уважении
Эльдардус Тири, medicus et adiunct judicalis comitatus Daevoniae
Его Превосходительству Префекту
Эстевану Трильо да Кунья
в Ард Каррайг
Даэвон, мая 7 дня 9-го года правления его величества короля Миодрага
Ваше Превосходительство господин Префект,
Сим уведомляю, что мая 6 дня прибыл я в яблоневый сад в Ксенделле и согласно приказу немедленно приступил к расследованию.
Во время совершения преступления в саду находилось и работало одиннадцать сезонных laboratores и один надсмотрщик. На допросе они все как один полным незнанием прикрывались, потому как работой были заняты, очищая бочки и чаны перед винокуренным сезоном, и ничего из-за этих бочек и чанов не видали и не слыхали. Надзиратель же сказал, цитирую, что работы пропасть, а у него, опять цитирую, со временем напряг, как у барана с яйцами. Как я ни давил на них, стоят на своём. Ничего не видали и не слыхали.
Нашёлся, однако, парнишка, придурковат, правда, но он вспомнил, что к убитому чародею незадолго до его смерти приезжали трое конных, двое мужчин и женщина. Оному парнишке велели коней своих стеречь, а сами к чародею пошли и какое-то время у него побыли. После чего прочь уехали, а парнишке на прощанье дали по шее, неизвестно за что. Парнишка запомнил, что одного звали «Зибор», а другого «Бо».
Жду указаний насчёт дальнейших действий, Вашего Превосходительства слуга покорный
Ульф Маркхор, королевский следственный агент.
Его Превосходительству
Эстевану Трильо да Кунья
Praefectus vigilum в Ард Каррайге
В Бан Феарге, мая 28 дня 1230 года p. R.
Эстеван, друг мой любезный!
Итак, кто-то укокошил Артамона из Асгута. Не знаю, как у вас в столице, но в Бан Феарге и мархиях, когда сие стало известно, гораздо больше людей смерти этой радуется, нежели печалится.
Разнообразные дела чародея и методы их ведения многих сделали его врагами. Я бы не удивился, если бы кто-то из конкурентов Артамона отблагодарил его за нечестную игру и даже откровенное мошенничество и плутни. Не исключил бы я и его собратьев из академии в Бан Арде — знаменитый учёный и экспериментатор не гнушался нагло воровать чужие идеи и изобретения.
Однако подозреваю иное. В своём письме ты упоминал о тех троих, которые последними видели Артамона перед смертью. Так вот, я знаю, что это за люди — хотя вряд ли их можно назвать «людьми». Оный упомянутый «Зибор» — это, несомненно, Цибор Понти, бандит, объявленный в розыск в Ковире. Далее. «Бо» — это не кто иной, как Борегард Фрик, наёмный убийца, на котором тоже висит немало приговоров. Если мы имеем дело с этими двумя, то третья, уверен, конечно же некая Мериткселл, подозреваемая во многих преступлениях, в том числе в жестоком убийстве. А теперь самое интересное: все трое состоят на секретной службе у Цервии Геррады маркизы-вдовы Граффиакане.
