Холод пробегает по моей спине. Моя миссия — убить эту девушку? Обыкновенную девятнадцатилетнюю девушку, которая работает в банке? Сноу хочет увидеть насколько далеко я могу зайти? И последую ли я его приказам, независимо от того, насколько они ужасны?
У меня дурное предчувствие, и я ругаю себя за то, что сам начал эту игру, опаснейшую игру, и теперь не знаю всех правил.
Я резко выдыхаю, пытаясь успокоиться.
— Я слушаю, мистер Мелларк, Вам необходим займ? — приторно любезным тоном спрашивает она и уже с издевкой добавляет: — Что Победителям урезали затраты на содержание?
У этой девушки более, чем достаточно поводов для ненависти ко мне. И из всех Победителей Сноу выбрал именно меня, чтобы устранить её.
— Не мне, — отвечаю я, пытаясь не выдать своего волнения и поудобнее устраиваясь на стуле, — для моих родителей. Но рассчитайте, пожалуйста, на моё имя.
Пока девушка, громко цокнув языком, начинает разворачивать передо мной цветные брошюры с вариантами и графиками выплат, в моей голове, не переставая, мечутся мысли: «Как? Каким образом сблизиться с ней?»
Я ничего толком не слушаю. Периодически киваю, когда она, сворачивая одну длинную листовку, достаёт следующую. За это время я придумал и тут же отбросил по меньшей мере десяток способов, как завязать с ней разговор. Закончив, она убирает стопку в стол и, складывая руки на груди, кивает головой на настенные часы, стрелки которых показывают двенадцать.
— У нас обеденный перерыв. Так что мне нужно идти, — девушка встает и, подхватив большую красную сумку, бодрым шагом идёт по коридору. Я бросаюсь следом.
— Не подскажете, где здесь хорошее место, чтобы поесть?
— Ближайшее нормальное кафе на соседней улице. Два пролёта налево, там увидишь.
Что ж, она сама перешла «на ты», значит, и я мне грех этим не воспользоваться.
— Может ты смогла бы мне показать его, — не переставая идти за ней, говорю я.
— Какого черта, Мелларк? — она останавливается и буквально разрывает меня взглядом. — Ты считаешь, что после того, что произошло с моим отцом, я буду любезничать с тобой?
Не дожидаясь от меня ответа, Алекс разворачивается и, бросая себе под ноги ругательства, шагает дальше. Ее чёрная шифоновая накидка развивается на ветру от быстрых шагов, словно чёрные крылья.
— Слушай, прости, но ты же понимаешь, что я не мог предвидеть такой исход, — я не могу прикоснуться к ней или заставить хоть как-то замедлиться. Всё, чем я сейчас располагаю — лишь собственные слова. — Алекс, подожди. Можно подумать, я был рад тому, что меня отправили на арену, заставляя убивать других. Такое трудно спланировать. Я с самых Игр не могу простить себя за смерть твоего отца.
Конечно, это ложь. Сенека Крейн был последним, о ком я думал этот год, но запас моих извинений уже настолько истощился, что ничего лучшего в этот момент я придумать не могу.
Она останавливается и, словно делая мне одолжение, выдавливает:
— Хорошо, — девушка поднимает на меня свои миндалевидные глаза, — знаю, это не твоя вина. Просто я всё ещё чертовски злюсь.
— Понимаю, — отвечаю я, — поэтому, чтобы хоть как-то загладить свою вину, позволь мне угостить тебя обедом.
— На самом деле я спешу, — бросает она, но её взгляд смягчается.
— Пожалуйста, — уговариваю я, рисуя на лице свою самую невинную улыбку.
Секунду девушка колеблется.
— Ты кажешься хорошим парнем, Пит Мелларк. Но зачем мне это?
— Разве нужен повод для того, чтобы поужинать с красивой девушкой? — ещё шире улыбаюсь я.
«Что за бред. Подкат на уровне школьника!»
— Ладно, — на удивление соглашается она. — Думаю, что смогу разок поужинать с тобой. Я освобожусь в пять. А сейчас мне нужно идти, поэтому отцепись, пожалуйста.
— Тогда, я буду здесь в пять.
Она кивает и снова бросает быстрый взгляд в сторону, но её улыбка становится шире. И хотя я улыбаюсь в ответ, вина проходит сквозь меня, будто лезвие между рёбер.
Я позвал её на свидание.
***
Натянув шерстяной серый пиджак и поправив уголки воротника рубашки, я бросаю взгляд на свое отражение в зеркале, отмечая, что выгляжу неплохо. Выдохнув, я собираюсь с мыслями и превращаюсь именно в того, кем мне нужно быть, чтобы завоевать доверие Алекс. Я не могу позволить себе нервничать.
Солнце ещё высоко, но алая краска уже разливается по линии горизонта, когда я паркуюсь недалеко от здания банка. Сегодня небо расписано кремовыми облаками и кроваво-фиолетовыми полосами. Не знаю, как именно они регулируют погоду здесь, но, признаться, я даже иногда скучаю по серости Двенадцатого и снегу зимой.
Алекс уже ожидает меня снаружи. И пока она увлечённо болтает по телефону, я позволяю себе разглядеть её. Она действительно красива. Гладкое каре также, как и утром, перекинуто на одну сторону, а один висок выбрит. На ней чёрные облегающие джинсы, которые хорошо подчёркивают плавные изгибы бёдер, военные ботинки на подобие моих, а под рыжей кожаной курткой надета белая футболка. Её глаза цвета летнего мёда с длинными тёмными ресницами ловят мой взгляд, девушка слегка улыбается, и я улыбаюсь в ответ.
