На радость меломанам фестивали музыки плодились в Швейцарии, как грибы в урожайный год. Но фестиваль в Вербье уже многие годы был одним из главных музыкальных событий. Татьяна открыла его для себя несколько лет назад. Открыв, полюбила и старалась выбираться хотя бы на заключительный гала-концерт, всегда отличавшийся высочайшим уровнем исполнителей. В этом году фестиваль отмечал двадцатилетие, поэтому проходил с особым размахом и обещал быть исключительно интересным. Татьяна решила отправиться туда на несколько дней.
Начала она подготовку к поездке заранее, за несколько месяцев, но все в этом году сразу же пошло наперекосяк. Из-за наплыва желающих попасть на юбилейный фестиваль недорогой отель, где она всегда останавливалась, был уже полностью забронирован. Ей пришлось заказать номер в отеле «Ванесса», цены в котором были отнюдь не демократичными.
Второй неприятный сюрприз ожидал ее при покупке билетов на концерты: хорошие места были уже разобраны. Обычно, сэкономив на отеле, она покупала приличные места. Стала это делать после гала-концерта несколько лет назад.
Тогда выступал один из лучших оперных певцов тех лет Роландо Виллазон. В Вербье основные концерты проходят в специально построенном помещении – зале Комбин. Сооружение выглядит солидным и прочным. Наверное, таковым и является, но звукоизоляции никакой. Когда идет сильный дождь, по крыше, в полном соответствии с метафорой, бьет барабанная дробь.
На этот раз началось с сильного дождя. Виллазон повел себя с большим юмором. Когда он понял, что его плохо слышно, сделал вид, будто в руках у него зонтик, и начал разгуливать по сцене. Но дождь не только не утихал, но перешел в настоящую грозу. Слышались раскаты грома, треск молний. Симфония, исполняемая разбушевавшейся природой, заглушала не только голос Виллазона, но и оркестр. Концерт прервали. Минут через сорок гроза соизволила удалиться в другие края, и концерт возобновили. Но дождь продолжался, и Татьяне, сидевшей далеко, слышно было очень плохо. С тех пор она и решила: гостиница – это не так важно, все равно там лишь ночь проводишь, а вот билеты, коль скоро ты едешь на фестиваль, нужно покупать хорошие. Но на сей раз выбирать не приходилось и она купила то, что еще осталось.
Весны в этом году не было вообще. Май, июнь и почти весь июль были не по-летнему прохладными, но неожиданно в день ее отъезда резко потеплело. Даже в Вербье ртутный столбик с гордостью демонстрировал не столь частые для этих мест двадцать восемь градусов. Вот тут она и оценила свой отель, в котором к услугам постояльцев имелся бассейн. Погуляв в горах, она еще успела немного поплавать.
Наступил вечер. Пора было собираться на концерт, который начинался в семь часов. В Вербье публика одевается на концерты по-разному. Кто-то приходит в вечерних туалетах, а кто-то одевается попроще. Но большинство все-таки принаряжается. Не то что в концертном зале Женевы Виктория-холл, где можно увидеть людей, одетых так, будто они только что спустились с прогулки в горах. Здесь, в Вербье, где по утрам на эти прогулки многие действительно отправляются, такого себе не позволяют. Во всяком случае, завсегдатаи фестиваля. Блюдут традиции, заложенные его основателем, который в первые годы являлся на концерты исключительно в белом смокинге. Этого высокого блондина с правильными чертами лица – прямо голливудский герой – женщины провожали восхищенными взглядами. Долгие годы любимой темой для разговоров старожилов Вербье была странная семейная пара: этот красавец-викинг и его жена афроамериканка. Да, она певица, и очень хорошая. Но внешность… И очередной обсуждавший в недоумении пожимал плечами. Тема была закрыта после развода супругов.
У Татьяны было с собой вечернее платье, но она выбрала его в расчете на холодную погоду. А сегодня в Вербье даже вечер был очень теплым. «Ну что же, придется попотеть, – вздохнула она. – Не покупать же еще и новый туалет!» Этого ее бюджет явно не выдержал бы. Тем более что цены в магазинах этой горной деревушки были совсем не деревенскими.
В зале Комбин было, как она и предполагала, отнюдь не прохладно. Воздух шатра, и без того согретый жарким дневным солнцем, еще больше разогрелся от присутствия сотен людей, возбужденных и наэлектризованных ожиданием. Добравшись до своего ряда, Татьяна еще раз пожалела о том, что ей не удалось купить билеты получше. Здесь, в задних рядах, было по-настоящему душно. Татьяна огляделась. Зал был полон. Почти все места были заняты, но немного ближе к сцене она увидела свободное кресло. Погас свет, исполнитель должен был вот-вот выйти на сцену.
Татьяна решилась. Она встала, спустилась вниз.
– Здесь свободно? – спросила она по-французски мужчину, сидевшего в соседнем кресле.
Тот явно не понял ее вопроса.
–
–