Ландыши… Здесь не избежать романтической нотки, так мало идущей к тетиному образу. Тетя очень их любила. Вдоль обеих сторон длинной дорожки, тянувшейся от калитки к дому, по ее настоянию дядя Дима насажал эти невзрачные и в то же время удивительно трогательные цветочки. Как будто ей мало было их лесных собратьев. И в конце весны – начале лета они радовали всех приезжавших навестить тетю не только нежной трогательностью своей белизны, но и удивительно сильным для таких маленьких цветов запахом, свежим и чуть горьковатым. Этот запах наполнял весь сад, и когда Ольга выходила вечером посидеть на сон грядущий в беседке, она вновь и вновь с наслаждением вдыхала воздух, напоенный волнующим и романтичным ароматом. Именно с той поры Ольга полюбила на всю жизнь духи, в которых была ландышевая нотка.
Ольга часто приезжала на дачу в мае, когда появлялись ландыши. Обычно ландышей было много и росли они недалеко. Дошел до первых перелесков – и только не ленись, собирай.
Однажды она приехала на Правду за цветами поздно, чуть ли не в середине июня. Задержали экзамены в институте. Да и ехала Ольга на сей раз не столько из-за ландышей. Ландыши были предлогом. Основная цель была гораздо важнее – продемонстрировать тете молодого человека, в которого в тот момент она была влюблена.
Ольга нервничала. Тетя никогда не скрывала, если кто-то был ей не по душе. Она никого не критиковала и не осуждала. Нет. Просто, если человек ей не нравился, она лишь чуть жестче сжимала губы, становилась еще более молчаливой и даже надменной. И Ольга не помнила, чтобы хоть когда-то неприятие человека тетей Ниной оказывалось ошибочным.
Так вот, в тот июньский день Ольга с Володей очень романтично провели время в лесу. Умудрились для придания всему мероприятию видимости абсолютно невинной прогулки набрать букет запоздалых, уже несколько пожухлых, ландышей. Потом пообедали, приобщив Володю к клану поедальщиков травяных бутербродов. Дело шло к вечеру. Дядя засобирался на вечерний обход огородно-садовых владений. Володя предложил помочь ему в поливке огорода. Бедный, он не подозревал, на что шел. Дело в том, что огород находился на задах вороньей слободки, а колонка – на улице, прямо перед домом. Чтобы попасть на огород, надо было обогнуть весь дом по маленькой тропинке, шедшей между заборами, чьими-то пристройками, сараями, чужими огородами. И это с полными ведрами.
Пока Володя с двумя ведрами наперевес осуществлял свой мини-марафон, Ольга с тетей вели неспешную беседу в саду. Ольга все ждала, когда тетя Нина что-то, наконец, скажет о Володе. Но тетя упорно хранила молчание относительно предмета ее любопытства. Может быть, она ждала окончания испытания водой? Вряд ли. Просто держала паузу. Как хороший актер. А Ольга спросить не осмеливалась. А вдруг палец будет повернут вниз, а не вверх? И только когда они уже собрались уезжать и шли по саду, тетя, провожавшая их до калитки, ласково посмотрела на Ольгу, потом на Володю и… просто улыбнулась.
Именно эта улыбка и подвела окончательную черту под прежним состоянием Володи в качестве претендента на сердце Ольги и возвела его в ранг полноправного кандидата на ее руку. Которую она ему вскоре с радостью и протянула для традиционного обмена кольцами.
Если разобраться, то женщина, чье мнение было так важно для Ольги, та, кого она называла тетей, не была даже ее родственницей. Правда, тетя Нина заменила ей родную бабушку, папину маму, умершую, когда Оля была совсем маленькой. Но если придерживаться реалий генеалогических, то их родственником был лишь дядя Дима, хотя отдаленную степень его родства с ее отцом Ольга тоже так и не смогла уяснить. А тетя Нина была просто женой дяди Мити. Но для Ольги, да и для всех, кто был с ними знаком, именно тетя Нина была центром притяжения в этой супружеской паре. Высокая, статная, державшаяся всегда очень прямо, с умным волевым лицом, которое для тех, кто не знал ее, казалось даже суровым, она невольно привлекала к себе взгляды, где бы ни появлялась. Единственный диссонанс в ее облик вносила собачка какой-то очень экзотической и редкой породы: малюсенькая, хрупкая, будто бы остриженная наголо, вечно дрожавшая от холода и на всех тявкавшая. Эту собачку, которую тетя всегда носила на руках, большинство родных и знакомых дружно не любили и терпели ее неизбежные появления лишь из уважения к тете Нине.
Не прилагая к этому никаких видимых усилий, никогда не повышая голоса, сохраняя невозмутимость, даже когда ее теряли представители сильного пола, тетя стала самым уважаемым членом большого семейного клана. Именно ее прихода в гости ждали, именно ее ехали навестить летом на дачу, а зимой в маленькую коммунальную комнатушку у Курского вокзала, где на входной двери было, как минимум, семь звонков. Именно ее мнения хотели услышать, именно к ней обращались за советом и помощью.