Парни с недоверием принюхались. Желудок Тимофея заурчал в предвкушении. Лёхино брюшко ответило согласным стоном.
- А ну, брысь от моей еды! - возмущенно взвилась Яська. - Вы сказали, что это испортилось! Вот и не лезьте, я сама пирог съем!
Ребята, тщательно изображая демонический смех, с двух сторон вцепились в пирог и сдавленно хихикая, принялись кромсать его на части.
- Моё! - кривляясь, шептал Лёха. - Моя пре-е-елесть!
- Руки прочь, дефективный! - хохотал Тимоха. - Это моя добыча!
- Дети, чё, - пробормотала Яська, доставая из холщевого свертка второй пирог, но гораздо большего размера. - Варь, порежь еду, а? Пока эти... хм-м... ответственные за слабых женщин мужчины не заметили.
Заходящее солнце освещало упорно двигавшуюся к горам компанию. Исковерканные поверхностью тени пролегли, вытянувшись на восток, и безмолвными спутниками сопровождали мерно шагавших подростков, удлиняясь с каждой прошедшей минутой. Горы, ещё на рассвете синевшие далеко впереди, заметно приблизились. Подростки молчали, экономя силы и не желая сбивать дыхание.
- Ясь, ты как? - обернулся Лёха к сестре. - Голова не кружится?
Девочка вздохнула, не желая показывать усталость, поправила наверченный на голове тюрбан из футболки и устремилась вперед, к горам, синевшим на горизонте.
- Лёха, высматривай камень понадёжнее. Вода заканчивается. Варежке обо что-то надо бы колдануть.
Тишина. Шорох ковыля. Мерный шепот шагов.
Россыпь звезд усыпала небосвод. Солнце, пару часов назад скатившееся за горизонт, забрало с собой изнуряющую жару. Живность, прятавшаяся от палящих лучей под камнями, теперь испуганно шмыгала из-под ног. Полупрозрачные скорпионы, потрясавшие готовым к атаке жалом, толстые ящерицы, тут и там взбиравшиеся на острые гребни камней, мелкие черные пауки, быстро перебиравшие своими мохнатыми лапками, убирались с дороги.
- Всё, тормозим, народ, Яська совсем никакая, - Лёха гладил по голове уставшую сестру, прижавшуюся к его плечу. - Романов, пошли за дровами, а то ночью околеем нафиг. Варюх, придумай, куда кости кинуть.
Новый день, начавшийся, как и предыдущий, за пару часов до рассвета, почти ничем не отличался от своего собрата по календарю. Молчаливый марш, усталое выколдовывание воды, скудный (теперь уж действительно скудный, сухпай из Локсии почти закончился) послеобеденный перекус, беспокойный сон в тени выцветшего от яркого солнца покрывала.
Жара. Терпкий запах пота, пропитавший каждую ниточку одежды, каждую клеточку тела. Шуршащие в камнях змеи. Мерзкий клёкот круживших в вышине падальщиков. Горы, приблизившиеся настолько, что стали видны их вершины, отсверкивающие мертвенной белизной вечных снегов.
Спали долго. Тимоха, до того успешно исполнявший роль будильника, тихо посвистывал носом, прижав к себе Варежку. Яська, согретая теплом окружавших её друзей, вольготно раскинулась, забросив ногу на брата. Лёха, ночью скрючившийся навроде эмбриона, ни на сантиметр не изменил положения. Беззаботно спал, не обращая внимания на беспокойно ворочавшуюся сестру. Варежка зашевелилась, забормотала, громко закричала. Вся компания мгновенно открыла глаза, переполошившись.
- Что, Варюш? Что? - обеспокоенно бормотал Тимоха, пытаясь разбудить девушку. - Варежка, проснись!
Варя открыла глаза, вытерла слезы, встряхнула головой.
- Что, малыш? Что случилось?
- Сон... Ужасный.... Жаркий... Единороги... Цири... Магия... Огонь...
Тимоха нахмурился, но промолчал, прижимая дрожавшую девушку к груди.
Палящее солнце. Черная грозовая туча, собравшаяся на юго-западе, у вершин появившихся на рассвете далеких гор. Высокие пики на севере, манившие своей близостью. Бездумная ходьба. Жажда. Колдовство. Теплая, пахнущая свежим озоном вода. На обед. И на полдник.
- Пожрать бы... - ни к кому конкретно не обращаясь, пробубнил Лёха. - Варька, у тебя охотничьих заклинаний нет в арсенале? Я только что сайгаков видел. Упитанных...
- Нету, Лёш. Ничего нужного нет, - пожала плечами Варежка. - Вот если бы сайгак на тебя напал и забодал, то я, скорее всего, тебя вылечила бы, а сайгака ледышкой припечатала. Чтобы замедлился. Тимка бы смог догнать.
Тимоха хмыкнул, представив себя бегущим за обледеневшей антилопой. Яська, свалившаяся от усталости там, где остановилась, никак не отреагировала.
Рассвет окатил золотым светом компанию, бредшую в сторону давно выбранной цели. Лес в предгорьях приблизился настолько, что стало возможным различать отдельные деревья, выскочившие из густой чащи на равнину. Гроза, всю ночь шумевшая где-то далеко на юго-западе, не добралась до целеустремленных подростков. Было сухо. Жарко. Тревожно.
- Дошли! - Лёха подхватил на руки падавшую от усталости сестру. - Дошли, мать вашу! Нахер жару! Нахер пустыню! Дошли-и-и!
Тимоха, привалившись спиной к высокой раскидистой сосне, обнял Варежку и, прерывисто вздохнув, чмокнул уставшую магичку в макушку.
- Дошли...
Несколько дней не решались куда-то выдвинуться из густого смешанного леса, раскинувшегося у подножья гор. Страшно было оставлять маленький островок относительной безопасности.
