Первой работу нашла Люба и подтянула компаньонку за собой. Ксюша никогда не была бойкой девочкой, если дело касалось практической жизни, она добивалась своего только непоколебимой уверенностью, что кто-то ей чего-то должен. В детстве непримиримый эгоизм достигал желаемых результатов и из-за скромности запросов ребёнка, и потому, что всё внимание родители уделяли её брату, не занимались воспитанием дочери, исполняя просьбы, только чтобы та отстала. Первый когнитивный диссонанс случился у девочки в школе, когда взрослые, не обращая внимания на истерики, заставили своё чадо учиться и делать уроки, но сильного влияния на мировоззрение Ксюши он не оказал, она лишь затаила злобу и отыгрывалась на одноклассниках, поскольку те её боялись из-за старшего брата, уже тогда, в 12 лет, намечавшего путь к успеху. Вполне объяснимо, что в начальных классах маленькая Ксюша не обращала на себя внимание среди таких же испуганных малышей. В школу её водили попеременно то мать, то брат, после занятий ребёнок подолгу сидел за кухонным столом и делал уроки, гулял во дворе с соседской детворой, тоже занятой свалившимися школьными обязанностями. Одна из дворовых подружек училась в одном классе с Ксюшей, ещё двое – в параллельном, так что времени для общения у них было предостаточно, пусть прогулки стали объяснимо реже.
Дети не умеют удерживаться от хвастовства, и они, существенно обгоняя Оксану в развитии и скромных учебных успехах, наперебой кичились оценками друг перед другом. Кроме того, в их классе имелись ребята из семей с разным достатком, и Ксюшины родители оказались одними из самых бедных. Девочка это чувствовала и воспринимала крайне болезненно. Почему так получается и что означает, она не понимала, потому временами болезненно комплексовала и из-за поношенных платьев, и из-за потрёпанных башмаков, и из-за использованных ручек, линеек, пеналов, карандашей, достававшихся от брата, а после нескольких дней рожденья у одноклассников, стала стесняться ещё и своего жилья, наотрез отказываясь приглашать на собственные именины кого-то кроме таких же простушек, как она сама. Впрочем, родители и не настаивали, лишние расходы им действительно были ни к чему, на работе платили мизерную зарплату, на которую надо растить двоих ребят. Ребёнок развивался неорганично и в будущем оброс множеством комплексов.
Единственной отдушиной в жизни Ксюши являлся старший брат, очень любивший свою «сеструху» и всегда помогавший ей в маленьких детских бедах. Девочка отвечала полной взаимностью, но сдержанно, снисходительно и на расстоянии, ведь он был «всего лишь мальчиком», а значит бесконечно ей всем обязанным. В то время Валера говорил с сестрой бесхитростно, полностью ей доверял, всё рассказывал и о «тупости училок», и о приключениях с «пацанами», и о предполагаемом «богатом» будущем, и ещё много плоского мальчишеского хлама, слушая который, Оксана всё больше и больше укреплялась во мнении, что она морально и интеллектуально его превосходит. Сама девочка лишь вскользь, намёками давала понять, что интересует лично её, пару раз обжёгшись об откровенные насмешки брата, назвавшего потаённые желания сестрёнки девчачьими пустяками. Но он и не настаивал на откровенности, будучи столь же эгоистичным, как и Ксюша, Валера не интересовался внутренним миром других людей, в том числе её, и в последнем случае ничего от этого не терял, ему просто нравилось, что есть девочка, которая его слушает. А стороннему наблюдателю могло показаться, что брат и сестра не разлей вода и в последующей жизни друг друга никогда не бросят.
Правда, когда Оксана перешла в пятый класс, обстоятельства изменились, рядом с Валерой появились и другие девочки, которые охотно его слушали, более того, они могли предложить ему кое-что интереснее сестринской любви. Но и у Ксюши установились тесные связи с подругами. Отдаление брата и сестры друг от друга стало взаимным, и никто не остался обиженным, что упрочило связь между ними, избавив и его, и её от необходимости поддерживать видимость близости, необходимости абсолютно нереализуемой, слишком продуманной, учитывая возраст обоих. Толчком к сближению с подругами оказался всё тот же Валера, и если ранее он вызывал у девочек опаску, то теперь они завидовали Оксане, завидовали иррационально, поскольку она не могла иметь с братом тех отношений, которых хотелось им, но от того не менее пылко. Они смотрели на неё как на главную, лидера их естественно сложившейся группы, ведь девушка жила вместе с этим «классным парнем», могла подойти к нему в любой момент, заговорить с ним. И частенько, ощущая свою исключительность, она-таки фамильярничала с братом на людях, чтобы упрочить впечатление о себе. Но для Валеры поведение Ксюши было совершенно непонятным. Хоть самооценка парня в последнее время и взлетела до небес, но отношения престижности, а не семейственности с сестрой, выходки последней вызвали у него органическое отторжение. А итог известен – сколь превосходно Оксаны чувствовала себя среди ровесниц, столь удручающими являлись её успехи в учёбе.
