Пытаясь осмыслить эти слова, беловласка выпустила мамину руку и как можно быстрее направилась в сторону дома.
– Диана… – мама дотронулась до неё сзади, но девушка уже не чувствовала этого.
Мама пыталась поспеть за ней, но обувь на каблуках не давала бежать с той же скоростью.
Диана тем временем уже близилась к повороту с проспекта. Удобные башмачки уносили её всё дальше. Женщина едва видела только спину дочери.
Но когда девушка уже приближалась к своему двору, открывшееся зрелище заставило её остановиться в нескольких метрах от калитки.
Во дворе копошились гвардейцы. Притаптывая траву ногами, безликие солдаты бесцеремонно бродили по двору, словно что-то искали на земле. В окнах домика, выпирающих меж красных черепиц, тоже мелькали их шлемы. Вырванный кодовый замок болтался на проводах, а дверь валялась на дорожке.
Поймав на себе взгляд девушки, трое из них резко выпрямились и нацелили на неё винтовки. Лампочки на шлемах засверкали багровыми огоньками.
Диана не могла и шевельнуться. На спине выступил холодный пот. Раньше эти твари изредка прошагивали колонами по её улочке. А теперь забрались в её двор, так ещё и целятся в неё?!
– Эй, прихвостни! – из окна выскочил Райнард.
Золотистые стволы винтовок переключились на него в момент, когда тот бросил в их толпу продолговатый предмет. Подобно яйцу, он раскололся, ударившись об землю. Из разбившейся пополам скорлупы вырвался сноп едкого серого дыма. Вторая часть пронзительно заверещала, и этот звук бил по ушам куда сильнее, чем сигнальная сирена аиркара.
Винтовки в руках гвардейцев затряслись, и они наклонили стволы.
От дыма у Дианы помутнело в глазах. Пронзительный вой не давал услышать даже сердцебиение. Не в силах больше стоять, девушка упала на траву.
Глава 6
Два разных мира
ГАЗик выехал с асфальтовой дороги на грунтовую. Прощаясь с гладким покрытием, колёса так тряхнули задние сиденья, что Тимур чуть не выронил смартфон.
От неудобной позы сводило спину, и ноги, казалось, сейчас разорвутся из-за того, что тяжеленные сумки придавили сосуды. Даровало надежду только одно: за окошками уже мелькали крыши домов. Да и дороги такие далеко такие не ведут. А значит, близка и заветная база отдыха, где можно будет в кои-то веки отдохнуть от долгого пути.
– Ну, вот и приехали, – с улыбкой сказал Иван Иванович, когда ГАЗик затормозил у длинного забора.
В глазах ребят промелькнула надежда. Их радовала хотя бы мысль о том, что больше не придётся вдыхать сдавленной грудью запах бензина и слушать нескончаемые разговоры папы с давним товарищем о геологии и их «золотой» молодости.
Пытаясь получше разглядеть природу, Тимур прильнул к запылённому стеклу старой машины. Прикинув, насколько они уехали от станции, он попытался определить вероятность мобильного интернета здесь. Глянуть в телефон он не успел; как только они остановились, парень сунул его в карман.
Иван Иванович вышел из кабины и открыл дверь. Первой резво выскочила Аринка, прихватив свой рюкзачок. Тимур сам выбраться не мог, ведь дорожная сумка с вещами родителей здорово придавила его. Иван Иванович сначала помог её вытащить, отчего парнишка ощутил возвращение сил в ноги. Перед упитанной хозяйкой базы и остальными членами семьи пришлось предстать помятым и дрожащим, держась за машину. Хозяйка усмехнулась, поправив фартук и скрестив руки на груди, а родители зло окидывали парня взглядом.
– Я ехала, чуть ли не на лице тюки держала, а ты, лоб пятнадцатилетний! Как не стыдно! – строжилась мама.
Не успел Тимур прийти в себя, как папа бухнул ему за спину рюкзак.
– Миркаримовы, верно? – приветливо спросила хозяйка.
– Так точно! – ответил папа. – Это нам ведь домик четвёртый забронирован?
– Да-да-а, – кивнула хозяйка и махнула за собой рукой, – идёмте-ка за мной.
Все взяли багаж и прошли на территорию базы. Хозяйка оказалась милой и спокойной женщиной. Указав необходимое, она привела их к домику.
– Тимка, гляди! Тут в соседних двух домах детишки твоего возраста живут. Сходи, погуляй, познакомишься заодно! – обратился к Тимуру папа, когда они остались разбирать сумки в сенях.
Тимур окинул взглядом резвящуюся за окном босоногую детвору и взглянул на отца, подняв бровь.
– Пап, им по двенадцать лет!
– И что? – развёл руками мужчина. – Будто ты дома был прям окружён ровесниками.
– Да, у меня в Москве есть друзья, – в ответе Тимура была явная нотка раздражения.
– Ну, эдак в Москве. Там ты мог днями со своей доской носиться, а тут-то дорог таких нема. А общение поддерживать надо. А то вернёшься потом, как Маугли, – и папа попытался изобразить смех.
В домике была всего одна комната. Четыре кровати стояли по разным углам. Мама облюбовала себе кровать, по обе стороны от которой оказались дети. Когда же она пошла на улицу, позвав за собой Арину, папа ушёл осваиваться в комнату.
Тимур проследил за ним и глубоко вздохнул. Его кулаки сжимались. Упершись ими в столик, парень серьёзно взглянул в надтреснутое зеркальце и неотступно двинулся к отцу.
– Пап, у меня всё-таки есть тут друг. И он живёт, наверное, недалеко.
