Мне показалось, что его щеки покраснели, но прежде чем он успел ответить, громкий хлопок распахнувшейся двери зельницы в соседней комнате отвлек его взгляд от моего. Не теряя ни секунды, мужчина извиняюще улыбнулся мне и высунулся в окно.
— Черт! — прошептала я, оббегая стол и подбегая к подоконнику, но он успел выскочить, прежде чем я успела его остановить. Я посмотрел на пыльную землю внизу и искренне вздохнул.
Он исчез.
Я резко развернулась, когда в комнату ворвался красивый мужчина с медовыми волосами и прозрачно-зелеными, как морское стекло, глазами.
Моя грудь вздымалась, пока я пыталась вспомнить, как дышать. Адреналин все еще бурлил в моих венах.
— Где он? — широкоплечий мужчина был почти такого же роста, как и пленник, и, возможно, сильнее. На нем была униформа цвета оникса со сверкающими шипами на черных кожаных ремнях. Повернувшись кругом, он осмотрел небольшую комнату. Затем его угрожающий, злобный взгляд остановился на мне.
Я тяжело сглотнула, съежившись под его непоколебимым взглядом.
— Я Арвен, новая целительница. Кого вы ищете?
Он окинул меня уничтожающим взглядом, и я испуганно попятилась. Не говоря больше ни слова, он повернулся на пятках и захлопнул за собой дверь.
Глава 7
Всего через день после нелепого побега из окна случилось чудо — я нашла выход.
И его звали Джаем.
Джаем был сыном мясника. Сегодня он пришел с двумя искалеченными пальцами. Пытаясь отбить молотком кусок свинины, он попал в поле зрения очаровательной девушки по имени Люсинда. От ее длинных светлых волос и узкого носа у Джаема перехватило дыхание, и он ударил молотком прямо по собственной руке. Бедный парень. Пока я вправляла в шину пальцы, больше похожие на фарш, он рассказывал, что надеется завтра привезти из города что-нибудь для Люсинды. Он ездил в столицу раз в неделю, чтобы продавать остатки мяса и шкур, которые оставались в хранилище, и не говорил об этом отцу, чтобы тот мог оставить себе лишнюю монету. Он уезжал каждую неделю в полночь.
Сегодня я собиралась пробраться на его телегу.
Я поняла, что замок моей камеры заржавел, еще в первое утро пребывания здесь, но до сих пор не могла найти способ использовать это в своих интересах. Оказавшись в столице Оникса, я могла добраться до портового города и найти безопасный проход на корабль. В карманах юбки у меня было спрятано немного монет, оставшихся с той ночи, когда мы пытались покинуть Аббингтон, и я надеялась, что их хватит, чтобы оплатить проезд от побережья Оникса до Гранатового. Только бы мне удалось сориентироваться в столице и в тех существах и злодеях, что обитают в ее стенах… Но мое беспокойство по поводу пребывания в Уиллоуридже было ничто по сравнению с моим страхом перед Сумеречным Лесом. Если я могла спокойно проехать через них в повозке Джаема, то могла справиться и с тем, что находилось в городе.
Страх, что Барни, Берт или — запрещенные Камни, сам Король поймут, что я помогла заключенному сбежать, постоянно бился в моей голове. Каждый день находилась новая, более насущная причина, почему чем скорее я выберусь из этой тюрьмы, тем лучше.
Тем не менее я прокручивала в голове свой разговор с незнакомцем более сотни раз. Что могло удержать его в Шэдоухолде после того, как он нашел способ выбраться из камеры? Почему он исчез, не успев упасть на землю? Наверняка глаза меня обманули.
Эта мысль и подслушанный разговор с королем постоянно крутились в голове каждую ночь, когда я была заперта в камере, — только они и отвлекали меня от когтистого, капающего страха.
— А листья мирта здесь? — спросила я Дагана, возвращаясь к травам, лежащим передо мной.
Медленный кивок.
Я должна была знать. Это было все, что я получала от старшего мужчины. Казалось, он почему-то презирал меня, и я старалась держать рот на замке, когда была рядом с ним, насколько это было возможно. Мы работали в тишине, пока тянулись последние часы дня.
Теперь, когда я знала, что полночь означает, что я смогу уйти, день с воплями и пинками пробивался к сумеркам.
— Приветики, вы двое! Ну и вечеринка здесь!
Бодрый сарказм Мари, ворвавшейся в дверь зельницы, стал долгожданным избавлением от однообразия.
— Что это? — спросила я в знак приветствия, указывая на книгу в кожаном переплете в ее руках.
— Ведьмин гримуар. Думаю, ему больше ста лет. Я перевела все, что смогла, но Даган, я думала, ты сможешь помочь с остальным?
Даган хмыкнул, но было видно, что он рад этой просьбе. Возможно, ему было так же скучно, как и мне. Эта мысль заставила меня рассмеяться. Он взял у Мари книгу и пошел в шкаф, предположительно за чем-то, что поможет ему перевести.
Я шепнула Мари, пока он был достаточно далеко, чтобы не услышать нас.
— Думаю, за сегодня он сказал мне около шести слов. Не очень-то разговорчивый. Кто он такой?
Мари хихикнула.
